Шрифт:
Варя задумчиво подковырнула носком ботинка желтый осенний лист.
— Всё замечательно. Очень красиво и убедительно звучит. Только ответь, пожалуйста, на один вопрос: как ты мог попасть на остров, которого никогда не было на свете?
— Почему не было? — возмутился Егор.
— Потому что это сказка, придуманная писателем Пушкиным.
— Сказка, может, и придуманная, но остров Буян действительно существует. Даже не один, а девять, если учитывать в списке переводы этого названия со всех языков во все временные эпохи. Конечно, к настоящему моменту большинство этих островов неоднократно переименовывалось. Я проник в базу данных ИИИ и отыскал тот из Буянов, неподалеку от которого одно время располагалось «царство славного Салтана». Подробной информации об историческом развитии острова не имелось, но я решил исходить из того, что Салтан и Лебедь должны быть современниками, и угадал. Правда, оказалось, что Лебедь правит островом лично и ни Гвидона, ни его матушки-царицы в глаза не видывала. А вот венец у нее действительно был…
Варя критически разглядывала встрепанного паренька с курчавым хвостом на затылке. Если всё, что он сейчас нагородил, правда, то перед ней стоит самый настоящий гений. Похож? А кто его разберет. Скажите, как должны выглядеть гении? О хакерских замашках Гвидонова все давно знали. Но поверить, что он сам собрал машину времени…
— Я должна увидеть машину своими глазами, — твердо сказала Варя. — И если ты обманываешь…
Егор вздохнул. Кто ж не знает, что с Сыроежкой шутки плохи?
Гвидонов привел Варю в мастерскую их родного колледжа, по совместительству выполняющую функции склада. Здесь ребята чинили ленивых уборщиц, здесь хранились инструменты, запчасти и приборы для программных опытов, здесь имелись даже такие раритетные диковинки, как токарный станок или прялка, оставшиеся после безумных экспериментов прежних выпускников. На днях в этой мастерской полные энтузиазма артисты созданного Птенчиковым экспериментального театра отлаживали работу роботов по изготовлению декораций для предстоящего спектакля. Варя не на шутку поспорила с будущей исполнительницей роли Наины по поводу цвета занавеса. И теперь ее хотят убедить, что где-то здесь скрывается самая настоящая машина времени?
Егор подвел Варю к объемному холодильнику, снабжающему редких посетителей мастерской витаминными коктейлями. Раньше этот монстр стоял в буфете, но был заменен более современной моделью и теперь грустил о былом величии: всё его содержимое без труда умещалось на дверце. Ее-то Гвидонов гостеприимно распахнул перед своей спутницей.
— Заходи. Тесновато, но, думаю, поместимся.
— Издеваешься? — уточнила Варя, примеряясь, какая часть его физиономии благодатнее воспримет удар правой.
— Не тяни время, кто-нибудь может войти. — Гвидонов подтолкнул ее в холодильник и втиснулся следом. — Теперь мы откроем панель.
Он пошарил рукой в дальнем углу, и неожиданно поверхность задней стенки сморщилась гармошкой и сползла вниз. За ней оказалась еще одна стенка, изрядно снабженная кнопочками и рычагами.
— Ну вот, Сыроежка, а теперь скажи: Егор Гвидонов, ты выдающаяся личность, прости, что я в тебе сомневалась! — пропыхтел изобретатель Варе в ухо.
— Гвидонов, ты болван! Я не верю ни одному твоему слову, и выпусти меня, наконец, из этой морозилки!
— Ну что ж. Вы сами напросились! — пропел Егор и стремительно защелкал рычагами.
— Что ты делаешь? — запаниковала Варя.
— Держись за эту ручку! Представляем аттракцион «Кувырок на островок»!
— Только, пожалуйста, давай обойдемся без рифм! — успела крикнуть Варя, цепляясь за выехавшую из панели перекладину. В глазах рябило от пляшущих в тесном пространстве огоньков. Закружилась голова. Вот уже начинает закладывать уши…
— Прекрати! — заорала Варя и торопливо зашарила по панели в поисках выключателя.
— Не трогай! — заорал в ответ Егор, перехватывая ее руку.
Раздался хлопок, Варя на секунду оглохла и ослепла и тут же больно шмякнулась обо что-то твердое.
— Ну, и куда мы в итоге попали? — произнес над ухом голос Егора.
ГЛАВА 3
Они сидели на полу просторной деревянной избы. Или не избы? Сильно сквозило, а из угла доносилось весьма подозрительное попискивание. Варя вытянула шею на звук и успела увидеть скрывающийся в темной дыре омерзительный тоненький хвостик.
— Ну, знаешь ли, Гвидонов, это я тебя хочу спросить, куда ты меня завез!
— Я вез тебя к царице Лебеди, а куда уж ты по пути умудрилась свернуть, понятия не имею. Надо ж додуматься — дергать рычаг переключения в момент транспортировки!
— Так по-твоему, я же еще и виновата?
— Только свяжись с девчонкой…
— Вот и не связывался бы! Я тебя просила?
— Не просила — требовала! Ладно, Сыроежка, не паникуй, разберемся…
В комнате царил полумрак. Узкое окошко (слюдяное! — вспомнилось Варе из школьного курса истории) пропускало слишком мало света. Ребята с недоумением осматривали узкие длинные скамьи, деревянный стол, полки с непривычной на вид утварью, массивный сундук и икону, неодобрительно взирающую на них из дальнего угла. У окна стоял какой-то агрегат хозяйственного назначения.
— О, это же прялка! — обрадовалась Варя, опознав таинственное приспособление. — Точно такая же хранится у нас в мастерской, помнишь? Говорят, ребята с исторического факультета собирали ее сами, по чертежам, и даже сумели запустить.
Неожиданно скатерка завибрировала, снова раздался хлопок, и, больно заехав локтем Варе в ухо, между ребятами появилась… ее лучшая подруга Сонька! Но боже, в каком она была виде…. Длинная хламида — до самых пят — полностью скрывала стройную фигуру. Тряпица была обильно декорирована шелковой вышивкой, жемчугом и какими-то серебряными проволочками, прикрепленными к ткани нитками по весьма хитроумному рисунку. Книзу хламида изрядно расширялась за счет боковых клиньев, а из-под расшитого подола выглядывали мыски красных бархатных сапожек. Больше всего Варю поразили рукава — широкие, колоколообразные, срезанные углом и до того длинные, что Соньке приходилось держать руки согнутыми в локте, чтобы концы рукавов не волочились по полу. Пышная копна пепельных волос была спрятана под русым париком — прямой пробор и коса до пояса, а поверх парика красовался венец с длинными висюльками поверх ушей. Венец юная супермодель нацепила авангардно — набекрень. Привыкла искать оригинальные решения, вращаясь в мире высокой моды.