— Да ничего особенного. — Я скромно принялся вычерчивать на полу треугольник. — Все равно Перри своим кошмарным топотом отбил всю охоту спать.

— Каким топотом? — не понял он.

— Ну, когда ходил на кухню, — напомнил я, выразительно на него посмотрев. — Чтобы это… вылакать все вино.

— Мое вино?! — вскричала Велия.

— Я?! — воскликнул Перри.

Их вопли согрели мою душу и подняли настроение до недостижимых ранее высот. Я был почти отомщен. Остался крохотный последний штришок.

— Перри, не хотел тебе говорить, не думал, что это может стать социально опасным, — скорбно произнес я. — Но теперь вынужден… Уже давно заметил, что ты ходишь по ночам и жрешь все подряд.

— Что?! — не поверил он.

Велия счастливо рассмеялась и легонько ударила меня кулачком по сломанным ребрам. От резкой боли я едва не упал! Глубоко вдохнув, выдавил непонятный звук, заменивший грубую ругань.

— Прощаю тебя, — беззаботно сообщила мне Велия.

— Все хорошо, — помрачнел Перри. — Только надо идти немедленно и попытаться захватить его врасплох! Будем надеяться, Фенрир, что ты не ошибся…

Мы стояли неподалеку от мрачного особняка Эмаров, внимательно осматривая подступы к нему. Высоченный забор из острых стальных прутьев мог затруднить продвижение, хотя и не столь существенно.

Дело в том, что мы не были до конца уверены в виновности подозреваемого, а вторжение подразумевало полное уничтожение всех обитателей дома.

Присвистнув, я осмотрел отряд, в который, помимо нас четверых, вошли еще семнадцать стражей, встреченных по дороге.

— Перри, если мы ошиблись, нас ведь казнят? — спросил я.

— Разумеется, — пожал он плечами. — Быстро и жестоко.

— Круто… — вздохнул я.

Перри повернулся к стражам:

— Кто хочет, может уйти. Не хочу, чтобы кого-то повесили, если мы ошибаемся.

Те недовольно возроптали — в том смысле, что отступать не намерены.

Я достал из кармана несколько разломанных свечей, прихваченных у Велии, и раздал каждому по куску.

— Размягчите воск и заткните уши! — приказал всем. — В доме каждый будет сам за себя. Ни на что не реагировать! В глаза никому не смотреть! Убивать любого, кто появится!.. У меня все.

— А ты? — спросил Перри, поскольку я и не собирался запихивать в свои уши всякую мерзость.

— Во-первых, дружище, это негигиенично; во-вторых, если он сможет меня загипнотизировать, то любой третьесортный фокусник повторит его финт. Тогда мне незачем жить… Надеюсь, ты убьешь меня быстро?

— Конечно! — кивнул он, радостно улыбаясь.

— Скотина! — фыркнул я, доставая заранее размягченный воск. Мир погрузился в полнейшую тишину.

Перри кивнул, и мы бросились на штурм особняка. Перемахнув через забор, быстро рассредоточились по большому парку, окружавшему дом. Хотелось надеяться, что трава надежно глушит наши шаги…

Впереди я рассмотрел двух охранников в черных плащах, неподвижно стоявших ко мне спиной. Набрав максимальное ускорение, взмыл в воздух. Оба одновременно обернулись, выхватывая оружие, но я на излете опустил меч на череп одного и немедля ударил второго локтем в горло. Он на мгновение замер, чего мне вполне хватило, чтобы вонзить меч ему в грудь. Не задерживаясь, рванул далее.

До дома добрался без осложнений, встретив по пути лишь пару мертвых тел. Подбежав к окну, высадил плечом раму, содрогаясь от мысли о произведенном грохоте. Осмотревшись, не заметил ничего подозрительного. Собрался уже сделать выход силой с опорой на широкий подоконник, но сломанные ребра дали о себе знать: потеряв от пронзительной боли равновесие, я рухнул на землю. В тот же миг в точку, где должна была быть моя рука, глубоко вошел в дерево широкий меч, чудом меня не задевший.

Рассуждать времени не оставалось: изо всей силы саданул подкованным каблуком в колено грубияну, сломал ему ногу и быстро полоснул мечом по незащищенному горлу.

Холодная испарина покрыла лоб при мысли, что я остался жив только благодаря слепой удаче да сломанным ребрам!.. Не желая больше рисковать понапрасну, вытащил из ушей воск, полностью положившись на свою невосприимчивость к гипнозу.

Встав на тело поверженного оппонента, без проблем проник в дом, очутившись в просторной, практически пустой комнате. По дому разносились звуки боя, таиться не имело смысла, и я выбил тонкую дверь, даже не проверяя, открыта она или нет.

Сразу же наткнулся на охранника, попытавшегося разрубить меня огромным топором надвое. В мои планы это никак не входило, поэтому я отпрыгнул в сторону и, жиганув мечом его живот, снес шальную голову ударом сзади.

Коридор был свободен. Я осторожно побежал вперед в поисках лестницы.

Где может устроить себе уютный кабинет параноик — такой, скажем, как я сам?.. Либо в самом верху, куда трудно добраться, либо в самом низу, куда нормальный человек не сунется без особой нужды.

Найдя лестницу, тщательно взвесил оба варианта и выбрал второй: бежать вверх черт знает сколько этажей как-то не улыбалось!