Рухнув на жесткую кровать, я тщетно попытался заснуть, ворочаясь с боку на бок и мечтая о стакане ледяной «Белой лошади» и хорошей сигаре. Да что там — хотя бы о понюшке табаку, пусть даже сорта «Дип»!.. Часа через три не выдержал и отправился на кухню, надеясь отыскать там что-нибудь покрепче воды.

В гостиной похрапывал Перри, беспечно выставив на свет божий свое белое горло. Так и подмывало дотронуться до него чем-нибудь холодным, но я вовремя одумался: если он и в самом деле такой впечатлительный, то тушу его придется тащить в госпиталь именно мне!

Трой в комнате отсутствовал, что меня малость смутило. Лишь услышав тихое шуршание на кухне, я успокоился.

Трой с унылым видом восседал на широком подоконнике и пялился в окно.

— Что показывают? Домашнее видео Снуп Дога? — тихо спросил я.

— Чего? — переспросил он, сползая с подоконника.

— Чего, говорю, не спишь? Тоже боишься, что горло перегрызу?

— Нет, — улыбнулся он. — Просто не спится. Сидел, думал…

— Да, — вздохнул я, осматривая кухню. — Думать — это хорошо. У меня тоже иногда получается.

А вот и то, что нужно: темная пузатая бутылка и два бокала… Плеснув вина, протянул один из них Трою.

— А Велия не рассердится? — наивно спросил он.

— Не знаю, — честно признался я. — В крайнем случае скажу, что Перри во сне выпил. Думаю, она поверит.

Я неспешно прихлебывал вино, наслаждаясь дивным букетом, напоминавшем о лете, солнце, тепле.

— Может, поделишься, о чем ты там думал? — спросил парня от скуки.

— Да так, — смутился он, — как считаешь, старшина Перри примет меня в первый отряд Лоренгарда?

— Не знаю, — пожал я плечами, — почему бы нет?

— Ну, туда мало кого берут. Только тех, кто доказал свою верность Лоренгарду.

Странно, но я этого совершенно не знал.

— Боишься, что недостоин?

— Просто я еще ничем себя не проявил. А если примут за здорово живешь, то все за глаза будут называть меня Милдборо.

— Ну и что? — не понял я его переживаний. — Это же твоя фамилия, что в том странного?

— Не хочу, чтобы меня знали лишь как Милдборо! Надо добиться всего самому и быть как старшина Перри!

Вообще ничего не понимая, я уже сильно жалел, что затеял этот разговор. Пришлось потребовать пояснений, мотивируя тем, что я не местный и знать ничего не знаю о подобных проблемах.

— Милдборо, — Трой горделиво приосанился, — один из древнейших родов Лоренгарда. Мои предки из тех, кто отвоевывал землю у нелюдей и возводил крепость, не жалея себя. Именно Милдборо загнали нелюдей в самые глубины Чистилища. Именно они установили большинство законов, по которым живет Лоренгард. Многие из моих предков были наместниками крепости… Но давно уже принадлежность к Милдборо — клеймо, которое губит нас. Последние века члены семьи занимаются только торговлей, считая, что род достаточно послужил Лоренгарду и теперь может спокойно почивать на древних лаврах. С детства я слышал, что мы — лучше и достойнее других, что есть Милдборо — и все прочие, что я должен гордиться своими праотцами, а единственная моя обязанность — приумножать и без того неисчислимое состояние… Но я хочу, чтобы меня знали как меня самого, а не как потомка Милдборо! Хочу быть как старшина Перри, которого все знают и уважают за его собственные заслуги, не поминая родню! Поэтому и ушел из дома, сказав, что не достоин носить имя Милдборо, покуда не покрою себя славой, как мои предки.

— Ясно, — кивнул я, выслушав его бредни. — Дальше — стандартная схема: родители, конечно, разгневались на тебя, прокляли и лишили наследства, так?

— Нет, что ты! — искренне поразился он. — Они очень любят меня — как и я их! Поэтому всеми силами стараются помочь, не понимая, что только мешают! Я пытался им это объяснить, но… старики обидчивы.

Я уныло заметил, что спать расхотелось вовсе.

— И чем же они тебе мешают?

— Понимаешь, в стражу я поступил сам, без какой-либо помощи. Но мой отец хорошо знает нашего капитана. Вот и попросил его держать меня подальше от сражений… Пришлось две недели обивать пороги канцелярий, чтобы меня перевели из дворца патрулировать улицы. И если бы не давешнее нападение, капитан ни за что бы не отправил меня со старшиной Перри!

Лично я подобных печалей никогда не понимал и не пойму… Будь у меня возможность жить в роскоши и славе, разве стал бы я шнырять по всяким трущобам? Нет! Будучи нормальным человеком, ездил бы исключительно из дворца в бордели и обратно, гордился происхождением и пускал пузыри даже из носа!

— Дурак ты, Трой! — заявил я. — Ведь выжил во время нападения на дворец стражи и, по-моему, в отличие от этого… как его там?.. Клеменса, не прятался под столом, а сражался! Тебе этого не достаточно, чтобы гордиться самим собой?!

Трой помолчал, хлебнул вина, потом несколько обиженно заявил:

— Но старшина Перри не взял меня в Чистилище! Он считает, что я не достоин быть в его отряде!

— Не вспоминай о Чистилище! — попросил я, поморщившись. — Поверь, там не место ни мне, ни тебе, ни Перри!.. Кстати, если ты всю свою жизнь прожил в центре, то должен знать большую часть его обитателей?

— Ну да, — пожал он плечами. — Мне известны почти все дома.

— Ага, тогда ты должен помнить множество сплетен и слухов, которые, без сомнения, ходят о каждом твоем знакомом!