От мысли, что за нас всю работу сделала хрупкая девушка, мне почти стало стыдно. Может быть, я бы даже сгорел от стыда, но тут потихоньку начал обваливаться потолок, грозя похоронить нас заживо.

— Велия! — прокричал я, указывая на неподвижного Перри. — Вытащи нас отсюда, пока не поздно!

Она подбежала к Перри и, обхватив его за грудь, взмыла в воздух, начисто забыв про меня. Не желая оставаться в гордом одиночестве, я что есть сил рванулся к ней и, подпрыгнув, уцепился за край ее плаща.

— Отпусти, идиот! — прохрипела она, пытаясь ударить меня каблуком в лицо. — Задушишь!

— Ни за что!!! — проорал я, с ужасом наблюдая, как пол стремительно исчезает внизу.

Плащ норовил выскользнуть из быстро онемевших пальцев, плотная ткань трещала, не выдерживая мои восемьдесят три килограмма. Я орал, проклинал судьбу и матерился по-черному, понимая, что вот-вот сорвусь в пропасть после очередного попадания ноги в мой лоб.

Узкие туннели, гигантские залы, комнаты, забитые всевозможными орудиями пыток, звенящие цепи, реки крови, странные существа — все это мелькало перед глазами. Велия стремительно увеличивала скорость, беспощадно уничтожая любое препятствие огненными стрелами.

О, звездное небо, наконец-то!..

Велия вылетела из тоннеля и замерла.

«Почему мы не летаем, как птицы?» — испокон веков задавались вопросом люди.

В отличие от прочих, я никогда не забивал себе голову подобной глупостью, твердо веруя, что контора под названием «Росавиакосмос» легко предоставит подобную услугу за определенное количество свободно-конвертируемых денежных единиц. Но чтобы вот так, без всяких усилий с моей стороны, ощутить радость полета — даже и не мечтал!..

Итак, Велия резко замерла, покинув туннель. Я по инерции полетел дальше, плащ вырвался из рук. Взмыв довольно высоко, я и сам на мгновение замер в воздухе, а потом рухнул на каменную мостовую, лишь чудом не угодив в широкий канал, из которого мне бы не выплыть.

Молча возлежа на камнях, я старался вычислить, во сколько костей мне обошлось столь незабываемое приключение, и отчаянно мечтал о десятке зеленых таблеток кеторола.

На мокрых булыжниках было холодно и неудобно. Обреченно вздохнув, решился подняться на ноги. Хрипя, кряхтя и охая, кое-как исполнил задумку и, пошатываясь, побрел к Велии, склонившейся над отключенным Перри.

— Велия… — осторожно позвал я.

Она резко обернулась, и я увидел через растрепанные волосы аккуратно заостренные кверху ушки. Велия поняла свою оплошность, на ее лице выступила краска, а на глаза навернулись слезы. Выхватив меч, она проворно прижала лезвие к моему горлу.

— Одно слово — и ты труп! — предупредила она, сдерживая эмоции.

— Хотел лишь поблагодарить тебя, — сказал я, с опаской отстраняясь от клинка.

Велия, очевидно, не поверила в мою искренность, поскольку не пожелала опустить (я только сейчас заметил, какой же он на самом деле острый!) свой меч.

— Э-э, а как Перри? — сменил я небезопасную тему. — С ним все в порядке?

— Будет, — кивнула Велия, убирая меч, — если я его не убью!

Подойдя к Перри, она легко подняла его над землей и с силой швырнула в воду.

Не скрою, был порыв прыгнуть за ним, чтобы не дать ему утонуть в бессознательном состоянии, но полученные мною синяки, ушибы, царапины и прочие переломы ребер нейтрализовали мое природное человеколюбие.

Впрочем, помощь и не понадобилась. Через секунду Перри вынырнул из воды, откашливаясь, отплевываясь и глубоко дыша. Сделав пару сильных гребков, он подплыл к стене канала и попытался выбраться на землю.

Велия подошла и спокойно наступила на его пальцы, препятствуя ему.

— Велия, — кисло улыбнулся Перри, — так рад тебя видеть!

— Перри, ты знаешь, как сильно я ненавижу проклятое Чистилище! — грозно выговорила она, сильнее наступая на пальцы.

— Но, Велия, я ведь не просил тебя идти с нами! — напомнил он.

— Ты знал, хитрая скотина, что я не оставлю вас умирать! — вымолвила она.

Так и сказала — вас! Начисто позабыв, что лично я выбрался наверх вопреки ее желанию!.. Впрочем, уточнять я благоразумно ничего не стал.

— Но ведь все обошлось!.. Да убери же свою ножку! — взмолился он, не выдерживая боли в пальцах.

— Только после того, как ты поклянешься, что больше никогда — слышишь, никогда! — не потащишься в Чистилище! — заявила она, усиливая давление.

Перри молчал, умоляюще глядя на нее. Велия была непреклонна. И я в тот момент не испытывал никакого сочувствия к старшине!

— Хорошо, Велия! — не выдержал Перри. — Клянусь Иштар!

Она убрала ногу, и Перри кряхтя вылез на берег. Растерев посиневшие пальцы, подошел ко мне.

— Слушай, прости, — дружелюбно сказал он, — ты-то понимаешь, что это была единственная возможность что-либо узнать!