— Что ты хочешь сказать? — спросил Черепаха Квази.

— За девочку назначена огромная награда. И они, наверное, не собираются делить ее на десять или двенадцать человек. Они могут перебить друг друга до того, как доберутся до города.

— Надеюсь, что нет, — страстно сказал Вечный Малыш.

— А сколько еще кораблей прибудет? — спросила Мышка.

— Насколько мне известно, два, — сказал Айсберг. — Всего у нас на хвосте было пять.

— Еще три, — поправила его Пенелопа.

Айсберг пожал плечами.

— Возможно, один мы не заметили. А может, кто-то из них вызвал подкрепление.

— Уж поскорее бы они сюда добрались, — заметил Малыш. — Меньше чем через час стемнеет.

— Может, они подождут до утра, — сказала Мышка с надеждой.

— Маловероятно, — сказал Айсберг. — К утру остальная троица будет тоже здесь. Им надо захватить девочку и убраться как можно быстрее.

— Ну что ж, пусть им будет труднее, — сказала Мышка. Она повернулась к Пенелопе. — Я хочу, чтобы ты поднялась наверх и тебя не было видно.

— Я хочу остаться с тобой, Мышка, — запротестовала девочка.

Мышка обратилась к Черепахе Квази:

— Ступайте с ней и защищайте дверь, если они зайдут так далеко.

Иножитель вежливо смотрел на нее, но не отвечал и не двигался с места.

— Вы что, не слышите? — рявкнула Мышка. — Отведите ее наверх!

— Я подчиняюсь только Прорицательнице, — сказал Черепаха Квази. — Когда она скажет мне идти наверх, я пойду.

— Послушайте, вы, — начала Мышка, — когда я говорю…

— Прекратите! — закричала Пенелопа, и все взгляды обратились на нее. — Вы мои друзья, — продолжала девочка, — и я не хочу, чтобы вы ругались.

— Они явились сюда за тобой, — сказала Мышка. — И ты должна позволить нам защитить тебя.

Черепаха Квази поднял руку, требуя тишины, затем внимательно посмотрел на Пенелопу.

— Что вы видите, Прорицательница? — спросил он. — Кто будет жить, а кто умрет?

— Я не могу сказать, — ответила девочка. — Все еще слишком много будущих.

— А я готов поставить поместье против одной кредитки, что во всех из них ты остаешься жить, — сказал Айсберг. — Я прав?

— Нет, — сказала девочка, — не во всех.

— Если ты остаешься жить хотя бы в одном, этого достаточно, — сказала Мышка. — Только скажи, как нам реализовать это будущее.

— Я пока не знаю, — сказала Пенелопа, явно взволнованная. — Я знаю, что я хочу быть с тобой, Мышка. Пожалуйста, не заставляй меня уходить.

Мышка долго смотрела на девочку, затем вздохнула и развела руками.

— Как я могу приказывать Прорицательнице? — сказала она с кривой улыбкой.

Пенелопа подбежала к Мышке и обняла ее:

— Спасибо, Мышка. Я люблю тебя.

— Я знаю, — сказала Мышка, обнимая ее в ответ. — Вот почему я так из-за тебя волнуюсь.

— По-моему, вот еще один, — сказал Вечный Малыш, подходя к двери. — Впрочем, может, это птица. — Он помолчал. — Нет, это все-таки корабль. — Последовала еще одна пауза, на этот раз длиннее. — Этот садится на севере. Значит, они будут; подходить с двух сторон.

— Может быть, мы здесь запремся и дадим им возможность побороться меж собой за право сразиться с тобой, — предложил Айсберг. Он встал и подошел к двери; прикрыв глаза рукой, он осмотрел небо.

— Если слухи верны, то в конце концов я останусь один на один с Джимми Колючкой, — сказал Малыш, размышляя над возможностями. Потом он сплюнул пыль. — Черт возьми, я хочу сразиться больше чем с одним. — Он задумчиво помолчал. — Может быть, они будут подходить группами.

— Если бы я знал, что это так много для тебя значит, то я бы сообщил наши координаты боевым кораблям Республики, — с холодной иронией сказал Айсберг.

— Интересно, скольких я уложу, прежде чем убьют меня, — вслух размышлял Малыш.

— Меньше, чем хотелось бы, — откликнулся Айсберг. Вдруг Черепаха Квази пересек холл и присоединился к Малышу на крыльце.

— Что тебе здесь надо? — спросил Малыш.

— За отсутствием инструкций от Прорицательницы, — сказал иножитель, вынимая свое странное бесшумное оружие, — я решил присоединиться к вам на вашем посту.

— Ну не знаю, — протянул Вечный Малыш. — Я собирался в одиночку встречать всех, кто появится.

— А как насчет Айсберга?

Малыш презрительно фыркнул.

— Он не любит пачкать ручки. Он понаблюдает за всем изнутри, а потом припишет себе все мои победы.