– Ладно, пойдем в квартиру этого молодца и заберем идола. Если он через десять минут не окажется в наших руках, мы поступим с голубчиком по справедливости.

Мы трое пошли к лифту. Филлис Крокетт смотрела на меня озабоченно.

– Я вернусь, – пообещал я, – не ложитесь спать и устройте так, чтобы я смог вернуться.

Она подошла ко мне:

– Это ключ от вестибюля, Дональд.

– Если он не предъявит идола, ему придется провести ночь в больнице, – пообещал Гиддингс.

– Пошли, Поллитровочка, – поторопил Селлерс, схватив меня за воротник и вталкивая в лифт.

Мы спустились вниз. Полицейский автомобиль ожидал нас снаружи. Ни один из полисменов по дороге к моему дому не сказал ни слова. Мы поднялись в мою квартиру. Я открыл дверь и отошел в сторону.

– Входите, джентльмены, – пригласил я и зажег свет.

Они вошли и вдруг остановились.

– Что за черт! – промолвил Селлерс.

– Что стряслось? – спросил я.

Они стояли по обеим сторонам от двери, так что я смог заглянуть внутрь комнаты.

– Боже сохрани, кто-то устроил погром! – воскликнул я.

Селлерс и Гиддингс обменялись взглядами.

Я поспешил мимо них к письменному столу и с мрачным смирением осмотрел взломанный фомкой замок.

– Он пропал, – сообщил я.

Селлерс покачал головой:

– На этот раз ты мог бы выдать что-нибудь получше, Поллитровочка.

– Что, черт побери, вы хотите сказать этим «получше»?! – вскипел я. – Я добьюсь правды! Мое жилище полностью разорено, а вы стоите здесь, словно мертвые. То, что я частный детектив, еще не означает, что я должен мириться со всей этой гнусностью. Я обращусь в суд. Теперь, полагаю, вы перестанете обращаться со мной грубо и отыщете того, кто, черт побери, разграбил мое жилище.

Селлерс посмотрел на Гиддингса.

– Парень дошел до точки, – сказал он. – Давай-ка вызови дактилоскописта и осмотри тут все.

Гиддингс издал глухой издевательский смешок:

– Чтобы потерять еще больше времени?

– Мы делаем то, что обязаны сделать, – ответил Селлерс.

Он подошел к телефону и позвонил в полицейский участок. Немного спустя прибыл дактилоскопист. Я увидел пустую бутылку в кухонной раковине.

– Это не мое, – заявил я.

– Что именно?

– Бутылка.

– Возможно, парень на этот раз не врет, – сказал Селлерс Гиддингсу. – Он как-то раз выпивал с зазнобой, но в пьянство не ударяется. Держу пари, у него в квартире бутылок отродясь не было. – Он повернулся к дактилоскописту: – Посмотрите.

Дактилоскопист опылил бутылку из-под виски:

– На ней полно отпечатков.

– Прекрасно. Сделайте-ка несколько снимков, – велел Селлерс, – и взгляните на отпечатки Дональда. Убедитесь, есть ли там его пальцы.

Дактилоскопист снял отпечатки моих пальцев, опылил жилище, но не обнаружил никаких отпечатков, кроме моих собственных и экономки, – только на бутылке из-под виски.

– Тут какой-то подвох, – резюмировал Гиддингс.

– Конечно, похоже на подвох, – согласился Селлерс, – но когда имеешь дело с этим парнем, приходится смотреть в оба. Я тебе уже говорил, он умен.

– Он только думает, что умен, – усмехнулся Гиддингс. – Подожди, я до него еще доберусь.

– Пошли, Поллитровочка, – сказал мне Селлерс. – Отправляемся в полицейский участок.

– Я полагаю, на этой бутылке достаточно отпечатков, чтобы опознать почти всех, – подытожил дактилоскопист. – Бутылка сплошь покрыта ими.

Я сказал:

– Головорезы, набросившиеся на меня, были настоящими верзилами. Я думаю, одного из них, с потрепанной мордой, я смогу узнать.

– Хорошо, Поллитровочка, мы предоставим тебе такую возможность, – пообещал Селлерс.

Около половины второго ночи я выбрал наконец фотографию одной потрепанной, истасканной морды.

– Этот похож на того парня, – сказал я Гиддингсу.

Гиддингс был скептичен.

– Ладно, умник, – ответил он, – посмотрим, что покажут отпечатки пальцев.

Через десять минут поведение инспектора Тэда Гиддингса разительно переменилось.

– Что с отпечатками? – спросил я.

Гиддингс посмотрел на меня и удивленно покачал головой.

– Они проверили, – сказал он. – Отпечатки пальцев этого парня на бутылке имеются. Черт побери, ты все растешь и растешь.

Я сделал большие глаза.

– Так, – сказал я, – теперь мы знаем, где идол, который был у меня.

– Там имеются и другие отпечатки, – возразил Гиддингс. – Давайте не будем торопиться с выводами.