Господи, да она изощренная садистка! Видит, как меня корежит от ее слов, и продолжает! Делает это с явным наслаждением, следит за моей мимикой и языком тела, ловит реакцию и с каждой новой фразой делает еще больнее и больнее.

– Будь осторожнее с приложениями для знакомств, среди их пользователей полно придурков и извращенцев, – говорю я.

– Конечно, папочка, – мурлычет Ева, посмеиваясь надо мной. – Перцовый баллончик всегда с собой. И никакого секса на первом свидании! Я помню. Но если приспичит, презервативы в сумочке – во внутреннем кармане.

– Я серьезно.

– О, я тоже.

К моему счастью, мы уже почти приехали. Я сворачиваю с главной дороги и заезжаю во двор. Паркую автомобиль на стоянке, и Ева выбирается первой. На улице свежо, поэтому она кутается в воротник куртки. Озирается по сторонам.

– У него офис в жилом доме?

– Прежний его офис сожгли, – объясняю я.

– А ну-ка, поподробнее, – просит Ева.

– Надеюсь, он все сам объяснит, – говорю я, указав на нужный подъезд.

* * *

– Все здесь, – худощавый мужчина с внушительной лысиной придвигает нам папку с бумагами. – Проект, экспертизы и прочее. Это копии, так что можете оставить себе. Пострадавшие отказались от иска, поэтому мне они теперь ни к чему.

Мы сидим в небольшом помещении на первом этаже жилого дома. Напротив нас – адвокат Костолевич, его руки заметно трясутся. Изначально он вообще отказывался говорить об этом деле, и по его состоянию видно, насколько волнительна и неприятна ему эта тема.

– В моем офисе все еще идет ремонт, поэтому прошу простить, что принимаю вас в таких условиях. Может, чаю? – спрашивает он.

– Нет, спасибо. Расскажите, пожалуйста, все по порядку, чтобы мы примерно представляли всю картину, – прошу я.

– Хорошо, – отвечает адвокат, нервно сцепив руки в замок. – Они обратились ко мне год назад.

– Они это… – перебивает его Ева.

– Пострадавшие, – поясняет он. – Чета Макаровых. Все свои сбережения они вложили в дом «под ключ», который обязалась возвести для них компания «Солнечная деревня» на принадлежащем супругам в области участке. – Костолевич задумывается, словно пытается припомнить детали. – Деревянный дом, сто сорок квадратов, если не ошибаюсь. В бумагах все есть.

– Да, мы посмотрим, – киваю я.

– Договор, гарантии – все, как положено. От фундамента до проводки. Обговорили, подписали. Макаровы внесли оплату, началось строительство. Уже на этом этапе постоянно возникали какие-то новые трудности: то цены материалов возросли, и нужно доплатить, то по разным причинам сдвигались сроки. Но в итоге дом был возведен. И, между прочим, был пропитан, как и полагается, специальным составом, как же правильно…

– Видимо, огнестойким, – подсказываю я.

– Да, что-то такое. – Костолевич прочищает горло и продолжает: – Макаровы перевезли вещи в новый дом сразу после его сдачи. Только начали обживаться, прошло, наверное, дней десять или пару недель, когда они отправились за покупками в местный супермаркет. А когда вернулись, все уже горело. По словам соседей, дом полыхнул, словно спичечный коробок. Огонь сожрал его моментально, – он взмахивает руками. – Двенадцать машин воды, и ничего не успели спасти! Осталось лишь пепелище.

– Интересно, – бормочет Ева, бросив на меня растерянный взгляд.

– Макаровы сразу обратились в строительную фирму, а те попросили уточнить, где документы, – продолжает адвокат. – Но вся документация сгорела вместе с домом. И это, конечно, было на руку «Солнечной деревне». Они обещали, что свяжутся, но пропали. А когда Макаровы собрались подавать иск в суд, хозяин фирмы заявил, что без документов они ничего не докажут, и к убыткам только добавятся судебные издержки.

– И тогда они обратились к вам?

– Все верно. Но дальше началось веселье. Экспертиза якобы не выявила нарушений при монтаже электроприборов, хотя их эксперт на месте утверждал, что это наиболее вероятная причина, ведь они обнаружили этому подтверждения. Из отчета выходило, якобы Макаровы неправильно эксплуатировали и перегрузили электропроводку, не соблюдали правила пожарной безопасности, а назначение комплексной экспертизы вообще забуксовало – как я думаю, не без помощи этого Сингау, владельца фирмы. Он явно дал кому-то на лапу.

– И что с иском? – спрашиваю я.

Костолевич пожимает плечами.

– Я подготовил его, но Макаровы не дали делу ход. Представители фирмы угрожали им. Запугивали, обещая, что им в суде вменят самостоятельный поджог с целью нажиться на страховке. А когда я стал настаивать на судебном разбирательстве, мой офис в центре сожгли. Вот и все.

– Мне очень жаль, – тихо говорит Ева.

– Ну, что вы, красавица, я пережил девяностые, переживу и это, – мягко улыбнувшись, отвечает Костолевич. – А вот Макаровых жаль. Я мог бы уговорить их побороться, но нужно что-то весомое: другие пострадавшие от этих жуликов, новые доказательства. Свяжитесь со мной, если что-то появится.