Когда я наконец вернулась в ресторан, Вероника успела шепнуть мне, что за время моего отсутствия Ян лично руководил здесь всеми процессами. Я думала, он бывал у нас наездами, контролируя проведение гастро-феста, но оказалось, он успел прочно обосноваться в моем кабинете.

– Как самочувствие? – спросил Ян, оторвавшись от бумаг, когда я вошла.

– Уже лучше, спасибо. А как тут идут дела? – спросила я, плюхнувшись на диван и закидывая одну ногу на другую. – Ребята справляются?

– Можешь не переживать. План выполняем, – поделился Ян. – Твоя идея с иностранцем сработала. Вчера он выложил обзор и его лайкнул Мишлен. В остальном тоже все хорошо, полная посадка, все брони расписаны.

– Спасибо, что взял в свои руки наше хозяйство.

– Не за что, – усмехнулся он. – Готов взять в свои руки не только его.

И я почему-то была уверена, что он говорил не только о ресторане.

Глава 23

Как бы мне ни хотелось поторопить события, в этот раз я решила притормозить, чтобы не наломать дров. На кону была моя карьера. Я не готова оставить за плечами дорогое мне место, где провела 10 лет жизни, если что-то пойдет не так.

Я успела попробовать Яна на вкус и понимала, что на уровне химии и острых ощущений он меня уже не разочарует. Но все остальное пока оставалось под большим вопросом и нужно время, чтобы узнать его лучше.

В отсутствии спешки были свои ощутимые плюсы. Ян не напирал, но и не пытался делать вид, что я ему безразлична. Я смаковала каждый заинтересованный взгляд, а их было предостаточно. Прислушивалась к внутренним ощущениям, наблюдала за происходящим, оценивала поступки, которые порой бывают громче любых слов.

Конечно, можно было нетерпеливо задать вопрос в лоб:

«Ты серьезно ничего не помнишь?»

«А если бы я тогда не стала нести какую-то чушь про то, что мы не должны были?» – но этот вопрос я задавала скорее себе, когда проигрывала в голове разные сценарии.

Как бы сложилось наше дальнейшее общение, не включи я красный свет Сташевскому? Мы продолжали бы играть в кошки-мышки? Или перешли бы к конфетно-букетному этапу, с которого начинают отношения все нормальные люди? В любом случае, бессмысленно думать о том, что можно было изменить, ведь прошлого уже нет. Пока мы тратим время, обдумывая, как все могло сложиться, мы упускаем что-то в настоящем.

Поэтому я решила сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас. А происходило многое…

Жизнь «Петрограда» была все такой же бурной. Сбылись все наши самые смелые ожидания от выручек в период гастро-феста. Началась последняя неделя, а мы уже перевыполнили свой план и договорились с Яном, что обязательно повторим такой формат мероприятия зимой, раз он так понравился нашим гостям.

Однако гастро-фест привлек в ресторан самую разную публику – от ценителей высокой кухни до любителей острых впечатлений.

Когда Ян заехал к нам на обед, чтобы обсудить со мной текущие задачи, нас прервали в самый неподходящий момент. Я так и не успела ответить на его дерзкую подколку, и за Сташевским осталось последнее слово, чему он был бессовестно рад. Вспыхнув, я с трудом сдержалась, чтобы не устроить реванш, но обеспокоенное лицо Даши заставило меня поторопиться.

– Ульяна, там посетительница очень недовольна, – тихо говорила Даша, вводя меня в курс дела. – Я пыталась ее успокоить и сказать, что мы сейчас отреагируем на ее замечание, но она настаивает на разговоре с руководством.

За одним из столиков величественно восседала дама преклонных лет. На вид ей около семидесяти, но осанка и манера держаться выдавали в ней человека, привыкшего требовать уважения к собственной персоне.

На пожилой леди был розовый жакет из жаккардовой ткани с рельефными цветами и такая же прямая юбка. Седые волосы собраны в аккуратный пучок, закрепленный старинной заколкой с белоснежной камеей. Тонкие очки сидели на самом кончике прямого носа, а под ними – пронзительные цепкие глаза, которые, казалось, могли вытянуть душу из любого.

– Наконец-то! – произнесла дама. – Я полагаю, вы и есть то самое руководство, которое отвечает за это безобразие?

Я представилась и вежливо поинтересовалась, чем могу помочь.

– Милочка, – дама поджала морщинистые губы, покрытые бледно-розовой помадой, – я посещаю лучшие рестораны Санкт-Петербурга, но такого непотребства еще нигде не встречала. Это просто возмутительно!

Она нервно потеребила пуговицу на своем жакете, пытаясь совладать с чувствами и продолжила:

– Я только что имела несчастье посетить дамскую комнату, и знаете, что я там обнаружила? – она понизила голос до драматического шепота. – Дверь закрыта, а внутри кто-то сношается. В туалете! В приличном заведении!

– Вы правы. Это недопустимо. Прошу прощения за доставленные неудобства, – быстро проговорила я.

Я заверила возмущенную даму, что сейчас же приму меры. Успокоившись, что ее услышали и отреагируют на эту ситуацию, она смягчилась и согласилась в качестве извинения принять наш фирменный десерт от Захара с авторским чаем в придачу.

Направляясь к туалету, краем глаза я заметила, как Ян встал со своего места и пошел следом за мной. Когда я подошла ближе, я поняла, о чем говорила пожилая дама – характерные звуки нельзя было спутать ни с чем другим.