Мне захотелось закричать этим людям, что стояли за моей спиной, чтоб они сжалились надо мной и отвязали от столба. Как же они жестоки! Как безжалостен Эктор! Почему они меня так ненавидят?!! Я не заслужила ненависти! Вся моя вина заключается лишь в том, что я - бигару.

Я - бигару? О чем я говорю? Разве я бигару? Разве я гордая и свободолюбивая, разве меня боятся рабовладельцы? Неужели свобода у меня вместо крови? Да нет же!!!

Я просто слабая девчонка, которой очень не хочется умирать…

–  Эй, вы! Там, на стене! Ждете, что я затрепещу и буду умолять вас спасти меня от гомусов?!! Не дождетесь!!!-крикнула я, не жалея связок, обращаясь к охранникам.-Я не стану молить о пощаде! Смотрите, как умирает настоящая бигару!

Мой язык почему-то не слушался голоса разума. Он упорно не желал обращаться за помощью, и вместо этого дерзил, отрезая последний путь к спасенью. Как же я изменилась с тех пор, как покинула Землю! Все изменилось во мне: мои желанья, мои мечты, мои мысли. Но я ведь всегда была одна. И на Земле, и здесь. Может быть я - из особой породы людей, из породы одиночек и гордецов? Может быть есть во вселенной такая раса? И возможно имя ее - бигару…

Из-за угла показались три пары горящих глаз. В темноте стали вырисовываться косматые силуэты. Со стены послышался свист и улюлюканье. Охранники подначивали гомусов. Они жаждали увидеть расправу.

По моей спине забегали крупные мурашки, но через мгновенье я почувствовала, как покрываюсь испариной, а еще через пару секунд у меня, несмотря на жаркую ночь, начался страшный озноб. Гомусы настороженно приближались ко мне, принюхивались и внимательно разглядывали. Возможно, они проверяли, нет ли у меня оружия, и не могу ли я навредить им. Я смотрела на них в упор, не пряча глаз. Невозможно спрятать взгляд от собственной смерти. Еще несколько мгновений мне осталось жить.

Пока они поймут, что я крепко привязана и беспомощна, только эти несколько секунд. И вот уже прошла - одна.

Вторая.

Третья.

Все! Самый крупный зверь, оглушительно рыкнув, бросился ко мне. Я зажмурилась и вопреки своей воле громко вскрикнула.

Вслед за этим со стены раздался дружный хохот вперемешку с раздосадованным рычаньем и противным металлическим лязгом. Ничего не понимая, но уже с надеждой, я открыла глаза и увидела, что цепи гомусов за что-то зацепились, и чудовища не могли двигаться дальше. Они царапали землю когтями, разбрасывая сухие комья, и разъяренно вопили совсем близко от меня.

Через минуту ко мне пришло понимание, что все было подстроено нарочно. Цепи умышленно чем-то заклинили. Расчет Эктора был верен: он не хотел убивать меня, но заставил пережить самые ужасные минуты в моей жизни. Он все правильно придумал, но так и не дождался от меня ни раскаянья, ни паники. Никто не увидел ужаса в моих глазах, потому что их скрыла ночь; никто не услышал стенаний и жалоб, потому что я не произносила их вслух. Теперь я не жалела о том, что не стала унижаться перед ними. Но мне ведь еще предстояло пережить целую ночь в напряжении и постоянном ожидании, что цепь оборвется, и гомусы разорвут меня. Но почему-то уже не было так страшно.

По затихающим разговорам и насмешкам, я поняла, что охранники Мариуса расходятся.

Самое интересное они уже увидели, и теперь пора было отдохнуть. А девчонка пусть помучается одну ночь. Она бигару, и поделом ей!

Как только голоса совсем утихли, гомусы неожиданно перестали рычать и рваться.

Они сели на землю как-то странно, почти по-человечески, и чутко стали приглядываться ко мне. Мне снова стало жутко. Теперь я отчетливо видела в их глазах разум. Но не успела я еще и удивится этому, как тут же пришлось не поверить своим ушам.

–  Не бойся нас,-сказал самый крупный гомус на чистом цезарийском наречии.-Мы не собираемся есть тебя. Этот спектакль был для охранников.

–  Ребята,-растерянно вымолвила я и больше ни слова не смогла сказать. Так не изумлялась я с тех пор, как впервые увидела на небе три луны.

–  Удивлена?-спросил гомус.

–  Еще бы! Вы умеете разговаривать! И вы… словно люди!

Теперь-то я смогла заметить то, что раньше не замечала или не хотела, боялась замечать. Гомусы действительно были очень похожи на людей. Их отличало от нас лишь несколько особенностей: бурая густая шерсть, покрывавшая все тело, длинные клыки, торчащие наружу и горящие в темноте глаза. И вот оказалось, что они способны разговаривать и разумно мыслить. Но почему об этом никто не знает?

Почему я ни разу не слышала даже намека на то, что гомусы могут быть разумны?

–  Вы нарочно притворяетесь?-спросила я.

–  Да.

–  Но зачем?

–  Вот ты не притворяешься, и что? Хорошо тебе живется?

–  А вам?

Говорил лишь один гомус. Остальные просто смотрели на меня, сверкая красными глазами.

–  Да, мы не так глупы, как кажемся, но это вовсе не значит, что мы не смогли бы убить тебя, если бы захотели. Этот штырь, что торчит в проволоке, очень легко вынимается. Надсмотрщик ведь не допускает мысли о том, что мы догадаемся это сделать.