Вот хрыч старый! Всё-то он заметит!

— Ранен, — подтвердил я. — В самое сердце ранен твоей недальновидностью. А сердечко-то трепеще-эт…

— Уходи, — вновь повторил советник. — Уходи, пока не поздно. Считаю до трёх. Раз…

Я почесал в затылке, будто задумавшись над его предложением, а потом стал внимательно разглядывать свои ногти. Ой, подпилить надо…

— Два…

Я демонстративно зевнул и, утратив всякий интерес к своему собеседнику, спешился.

— Три.

Я выудил меч из ножен, висевших на поясе, и швырнул его под ноги советнику.

— Взять его!

Несколько вампиров пошевелились, перебросив свои ножи и вилки из одной руки в другую. Большинство же осталось стоять на месте, поглядывая то на меня, то на советника.

— Ну, — развёл я руки в стороны, будто приветствуя толпу. — Кто готов варварски пырнуть в меня своей ржавой железякой?

Вампиры начали переглядываться с удвоенной скоростью. Что-то сильно повергло их в сомнение относительно моей причастности к похищению Скара. Что-то сломило их укрепившееся мнение задолго до моей пламенной речи.

— Послушай меня, вампир, — сказал архангел. — Я не верю ни одному твоему слову.

— На счёт чего? — спросил Скар, украдкой поглядывая на сородичей, столпившихся на площади и прислушивающихся к каждому его слову.

— Твой брат не убивал серафима. И брих он не отбирал у него, потому, что это сделано по указке демона. И я убедился лишний раз, что вампиры крайне не осведомлены. Я не знаю, зачем ты на глазах у своего народа врёшь.

Я всё помнил. Слышал, сидя под крышей в облике летучей мыши. А если вспомнить о последствиях моего заседания… Ещё долго я не смогу превращаться, если вообще смогу.

В глухой тишине послышалось цоканье копыт. Я оглянулся в тот самый момент, когда плотное кольцо вампиров, окруживших меня и советника, разомкнулось, пропуская внутрь конный отряд стражников, который я ещё вчера видел за разговором с Валерилем. Тогда я очень вовремя пришёл в себя, что бы успеть незамеченным отползти за дерево. Ха! Надо было видеть лицо сильнейшего, уже собравшегося с духом, что бы поведать о моей бесславной кончине, увидевшего пропажу моего бездыханного тела.

Стражники спешились и дружно склонились передо мной под квохтанье советника, окончательно потерявшего нить понимания всего происходящего.

— Велтор, что всё это значит?! — рявкнул он на стражника, который, надо заметить, был из личной охраны Скара и пользовался большим уважением и доверием.

Оглянувшись за спину Велтора, я смог наблюдать, как по главной дороге в город возвращалась не только стража, но и боевые воска, посланные на поиске вот такого вот плохого меня. Велтор собрал всех. Вот честное вампирье, увижу Валериля — расцелую в обе щёки.

Гулкие удары разносились над городом. Вампиры, маршируя, обступили площадь.

На высоте своих идеалистических взглядов советник остался в гордом одиночестве.

— Это значит, — выдержав внушительную паузу, ответил стражник, — что надо забыть о прошлом. У Валеала больше нет короля. Подумай, наконец, своей головой над тем, что столица не может оставаться безвластной.

— Скар не хотел этого! — вскричал советник. — Он приказал привести его сюда под конвоем! — дрожащий, увешенный перстнями палец, похожий на охотничью сосиску, указал на меня.

Стражник грустно улыбнулся.

— Ты столько времени пробыл подле короля, — проговорил он, — но так и не смог его понять.

Брр… Я тоже столько времени пробыл подле короля и чтоб я хоть что-нибудь понял…

— Не препятствуй тому, кто в действительности не виновен, — повторил Велтор.

Наступила минута молчания. Вампиры напряжённо уставились на советника, Велтор грозно над ним навис, а сам советник, скукожившись, пытался что-то обдумать, будто от него вообще что-то зависит.

В итоге получилось как всегда. Исход дела не решал никто из присутствующих, зато его решил неожиданно прибывший гонец.

Его взмыленная лошадь рухнула, придавив собой и самого наездника. Понимая, что случилось что-то очень серьёзное, я тут же подскочил к нему.

— Что? — ну, краткость — сестра таланта. К тому же сам гонец хрипел под весом лошади, а торчащие из разных частей тела стрелы блаженства ему явно не добавляли. Медлить не стоило.

— Войска… будут к ночи…

— Кто? — вскрикнул я. Чёрт! Вот только этого мне и не хватало для полного счастья. — Кто?!

Гонец вновь открыл рот, но лишь тонкая струйка крови вытекла из уголка губ.