Я высказал свои возражения бурным мычанием.

— Хорошо, — призрак щёлкнул пальцами, активизируя силы, заставившие заткнуть мне рот.

О! Я могу говорить! Что б такое сказать?

— Повторяю вопрос, Валериль, — вновь отвлёк меня Ровиэнь, точнее, его призрак, заставляя думать над тем, как выкрутиться из этой ситуации. — Где брих?

— Сам задаюсь этим вопросом. Сколько живу на этом свете — умираю прям от желания узнать, куда делась эта штуковина! — попробовал отвертеться я. — Ровиэнь, ты что, даже не обнимешь своего родного брата?

На лице, если это можно назвать лицом, призрака мелькнула улыбка, не двусмысленно говорящая: «Сам напросился».

Я пожалел о своём поспешно принятом решении, наблюдая за тем, как медленно проходит сквозь меня. Холод сковал меня, проходя по венам.

— Я тоже рад тебя видеть, братишка, — прохрипел я.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся тот, как-то странно для призрака и, весьма ожидаемо для Ровиэня, глядя на меня. — А теперь отдай мне брих.

— У меня его нет, — злобно стреляя в Ровиэня глазами, прошипел я.

Ровиэнь пожал плечами, брезгливо глядя на меня.

— Что ж, этого вполне достаточно, — усмехнулся призрак и направился к моему дому.

О боже, там же Велина!

— Нет!

Оглянувшись, призрак удивлённо на меня посмотрел и направился обратно ко мне, с какой-то ужасающей улыбкой на устах.

— Если ты сделаешь ещё хоть один шаг в сторону моего дома, — проговорил я, — мне придётся тебя остановить.

— Тебе?! — жуткий хохот поглотил всю улицу. — Ты?!

— Я.

Ровиэнь насмешливо на меня посмотрел.

— Ну что ж, — улыбнулся он. — Видимо, такова моя судьба-а-а… ха-ха-ха…

Жуткая, жгучая, всё пожирающая и поглощающая ненависть пронзила всё моё существо насквозь.

— Ты же знаешь, — просипел я, — что слабее. Тем более, это не ты, и даже не часть тебя, а призрак, тень.

— Видимо, тень оказалась чуточку сильнее тебя, Валериль, — этот маразматик уже откровенно ржал надо мной. — Ты ничего не можешь сделать! Посмотри на тебя, ты слаб, как… как…

— …как ты в самый ответственный момент.

— Да. Как я… ЧТО?!

Я заржал. Да-а… Мой братец совсем заговорился.

— Да ты… да я… да я растопчу тебя! — перешёл он на откровенные угрозы.

— Чем? — продолжал ржать я. — Чем растопчешь? У тебя и ног-то толком нет!

Если бы мог — склонился бы пополам от смеха. Но я был парализован, так что смог лишь прикрыть глаза от удовольствия, передаваемого смехом. Когда же я вновь открыл глаза, то увидел остриё меча, направленного мне в лицо. Причём, меч был не призрачный, а вполне ощутимый. Смущало только то, что удерживала его практически прозрачная рука. Я знал этот меч. Слишком хорошо, что бы понять, как его можно повернуть против своего хозяина.

— Ну всё, Валериль, — хмыкнул Ровиэнь, — ты допрыгался.

Ну, это мы ещё посмотрим.

Я собрал в себе все силы, оставшиеся не блокированными парализацией, навеянной на меня призраком, и направил всё без остатка вперёд.

Затрясшись, моя рука медленно поднялась.

Ровиэнь отскочил от меня, словно ошпаренный, с опаской поглядывая на скованные движения моих конечностей. Видимо, моё чудесное пробуждение не входило в его планы.

Я вымучил из себя один шаг. Второй дался намного легче, потому что я постепенно выходил из парализованного состояния.

Ровиэнь оббежал меня кругом, точно кролик, стремясь зайти со спины и нанести удар исподтишка. В ответ я всё же успел неуклюже повернуться. Размахнувшись, он ударил меня рукоятью меча по лицу изо всех сил. Я, пошатнувшись, упал на колени, которые едва сгибались. Ровиэнь вновь оказался у меня за спиной.

Я тяжело поднялся на ноги и попятился к дому. Из носа, сломанного ударом рукояти, хлестала кровь.

— Ну, вот, — вздохнул призрак. — Я знал, что ты сможешь отойти от парализации. Но, заметь, ты всё равно не можешь ничего со мной сделать.

Прежде, чем я сумел что-либо предпринять, Ровиэнь размахнулся и бросил меч наподобие копья, целясь точно в сердце.

Я попробовал уклониться, но острое лезвие всё же меня настигло, распоров вместо сердца живот. А за счёт того, что меч бросали наверняка и с большой силой, меня отбросило от удара назад, пригвоздив к двери дома.

— Ты проиграл, Валериль.

Меня разбудил тяжёлый и глухой удар в дверь. Это что же, бомжам ночью не спиться? Совсем с ума сошли, по домам лазят.