Кот умно глядел на хозяина, иногда даже мяукал в ответ, но упорно продолжал пить воду из унитаза, игнорируя все уговоры Анатолия.

Утомленный звериным упрямством хозяин долго боролся за разум питомца, но в конце концов сдался и решил прибегнуть к ускоренной форме убеждения — лупке.

После первого урока воспитуемый катастрофически поумнел. Мраморный, с оттенками персикового, негодяй, решил вернуть человека в лоно прежней убежденности в своей разумности. Услышав слово «когти», он начинал драть пирамидку, оплетенную толстой веревкой. При слове «кушать» — кидался на холодильник, при слове «спать» — вытягивался на подушке, демонстрируя чрезвычайную сообразительность.

Но как бы хозяин не старался, упрямый четвероногий, продолжал пить воду из унитаза. Только теперь он делал это в те моменты, когда занудного человека не было дома.

Анатолий улыбнулся, вспоминая своенравного питомца.

Рука Зура ударила по плечу.

— Ррых!

Маленький спутник насторожился, махнул рукой на небольшую скалу впереди.

Анатолий присмотрелся, замечая узкую щель в камне, высотой чуть больше человеческого роста.

Зур, раздувая ноздри, напрягся. На мгновенье замер и метнулся в темноту. Будучи более восприимчив к запахам, он давно почувствовал опасность.

— Да, брат, похоже, совсем недавно здесь побывали рыжие каннибалы, — произнес Анатолий, заходя в темноту пещеры.

Разгром, царивший в мрачном каменном гроте, бросался в глаза. Из глубины доносились поскуливающие звуки. Там кто-то прятался и боялся.

«Неужели все это великолепное безобразие когда-то было мебелью?» — подумал Анатолий, разглядывая разбросанные по полу крупные камни. Взгляд остановился на округлом плоском валуне, в середине которого просматривалось углубление, что-то напоминающее по форме.

Тьфу ты! Как я сразу не понял? Это же это сиденье! Или стул?

— Даже камень не выдерживает человеческого присутствия — истощается под нашими жо., - пробормотал он, но запнулся, оглядев убитых горем соплеменников Зура.

Хлопнув себя по заднице, он посмотрел на поникшего товарища. Тот перетащил опрокинутую булыгу в угол, достал из сваленных в кучу обломков один, наиболее причудливый по форме и, усевшись, застонал. Прижимая к груди закопченную чашу, он горестно раскачивался из стороны в сторону.

Взгляд дикаря скользил по влажным булыжникам, не останавливаясь на пятнах крови: они нисколько не волновали его. Он искал остатки самого ценного, что оставалось в племени и без чего сородичам не пережить долгую холодную зиму. Безжизненные почерневшие головешки — всё, что осталось от великого огненного зверя.

Зур завыл тоскливо и протяженно. Сородичи поддержали его: вопли боли и страха заполнили пещеру. Звуки заметались, ударяясь о стены, отразились от низкого потолка.

Анатолий присмотрелся к почерневшему обломку и, мысленно заглянув в учебник истории, улыбнулся. Поняв истинную причину всенародного горя, он сунул руку в карман и нащупал маленький пластмассовый цилиндрик.

— Нам бы ваши проблемы, — икнул «почти бог», доставая из кармана зажигалку.

— Да будет свет! — торжественно провозгласил он.

Раздался щелчок, и маленький язычок пламени, отразившись в десятке пар глаз, заплясал в расширенных зрачках Зура, замершего с открытым ртом.

— Уау! — воскликнул вождь радостно, ухая, забарабанил кулаками в грудь.

Облизав красным языком пересохшие губы, он испуганно уставился на Анатолия.

— И через миллионы лет этот язык будет популярен, — выдохнул родитель огня, превращаясь в брюзжащего старца.

Он лишь на секунду расслабил палец. Клацнул рычаг газового клапана. Многоголосый душераздирающий стон заполнил пещеру, заставляя Анатолия вновь создать пламя. Однако хилый огонек, поколебавшись несколько секунд, исчез.

— Газ кончился! — удрученно воскликнул Анатолий, почесал лоб и тут же раздраженно добавил: — Что такое «не везет» и как с ним бороться?

Под сводами пещеры загудел душераздирающий стон. Взглянув на своего маленького приятеля, Анатолий содрогнулся, натолкнувшись на боль и отчаяние, плескавшиеся в его глазах.

Улыбнувшись, он как можно увереннее произнёс:

— Ладно, не переживай. Разберемся!

Щелкнув зажигалкой, он удовлетворенно добавил:

— Искра есть — остальное дело техники. Как говорил дедушка Ленин, из искры возгорится пламя!

Зур, выражая беспокойство, порыкивал, прислушиваясь к словам Анатолия, но постепенно успокоился.

— Придётся вас кое-чему научить, прежде чем отправляться домой. Не оставлять же столь милых, добрых, — говоря это, Анатолий взглянул на кучу костей, сваленную в углу пещеры, — вот я и говорю, не оставлять же вас как строку в меню тупым здоровякам. Впрочем, предки, зря переживаете! Вы и без меня победите в борьбе за выживание. Уж я-то точно знаю!