Хитрец. Да так — мелочи всякие… Я что спросить хотел: что-нибудь уже известно? Про цель, я имею в виду.

Умник. Про цель? Да мне-то откуда знать? Что я — артиллерист, что ли? Я, друг мой хитрый, такой же сперматозоид, как и ты… разве что чуть попроще.

Хитрец. Ну насчет попроще — это положим. Видим мы — какие вы простые… Ну и ладно. Не хочешь говорить — не надо. Мы и сами с усами…

Хитрец отходит в сторону. Тем временем Амбал останавливается напротив Рачо-нивчо.

Амбал. Смотрите — баба! Ну как есть — баба, чтоб мне пропасть! Ну ты даешь… Ты-то как сюда попала?

Рачо-нивчо. (с достоинством) Я бы попросил… попросила… попросил вас оставить эти шовинистские штучки. Разговаривать в подобном тоне я не намерена… не намерен… не намерена.

Амбал. Чего? (Умнику) Слышь, друг, переведи, а?

Умник. (разводит руками) Груб ты, приятель. Слово «баба» в прямом обращении вежливые люди не употребляют. Так и заруби себе на носу: нет такого слова — «баба».

Амбал. (озадачено) Как же это? Баба есть, а слова нет?

Умник. Именно. Есть слово «женщина». Им и пользуйся. Не правда ли, мадам?

Рачо-нивчо. (возмущенно) Женщина! Баба! Мадам! Немедленно прекратите этот махровый шовинизм! Иначе я буду вынужден… вынуждена… вынужден… короче, иначе я обращусь в полицию!

Умник. Гм… странно… Как же вас именовать, позвольте спросить? Баба — нельзя; женщина — не годится…

Рачо-нивчо. Неужели непонятно? Обращайтесь ко мне просто: «равноправный член общества, ни в чем не уступающий прочим членам».

Умник. Что ж, как вам будет угодно. Итак, не скажете ли мне, уважаемый равноправный член общества, ни в чем не уступающий прочим членам… Гм… гм… Знаете, я бы воздержался от столь частого употребления слова «член». В данном случае это выглядит несколько неуместным.

Рачо-нивчо. (агрессивно) Снова эти грязные намеки? Я принципиально не собираюсь ни от чего воздерживаться, в том числе и от употребления члена!

Хитрец. Конечно, конечно. Употребляйте себе на здоровье — кто же против-то, господи? Здесь все равны — и те, кто раньше впрыснуты, и те, кто позже, и мужчины, и же… ээ-э… (запинаясь) «равноправные члены общества, ни в чем не уступающие прочим членам» — все! Во мне вы всегда найдете искреннего союзника.

Рачо-нивчо. Спасибо вам, дорогой друг! Хоть один достойный человек — либерал и прогрессист в темной массе шовиниствующих питекантропов!

Амбал. (робко) А можно спросить?

Рачо-нивчо. (грозно) Вы к кому обращаетесь?

Амбал. (робко) К вам…

Рачо-нивчо. (грозно) А кто — я?

Амбал. (запинаясь) Равноправный член общества… никого не расчленяющий… нет… ни члена не уступающий… (в отчаянии) да мне в жисть такое не запомнить! Может, можно сократить как-нибудь?

Умник. В самом деле, уважаемый член… и так далее, не все же тут обладают объемом вашего… гм… интеллекта. Давайте, может быть, сократим — хотя бы по начальным буквам. Суть-то от этого не изменится, правда? Что там получается? — «Равноправный член общества»… это, стало быть, — «Рачо»… «Ни в чем не уступающие прочим членам» — это, скажем, — «нивчо»… А что? Получилось классно! Хорошо и звучно: «Рачо-нивчо»! Как вам кажется?

Рачо-нивчо. (с сомнением) Рачо-нивчо… Уж и не знаю… (Хитрецу) А вы как думаете? Ваше мнение я уважаю.

Хитрец. (важно) Что ж… Я полагаю, что это подходит. Для тех, конечно, кто не способен запомнить столь простые вещи. (презрительный жест в сторону Амбала) Я же, со своей стороны, всегда буду использовать ваше полное имя, из уважения.

Умник. (иронически) Как это трогательно!

Амбал. (отводит Умника в сторону, шепотом) Слушай, друг… Я все-таки никак не просекаю — что именно эта Печо-лечо делает в нашей компании? Кроме того, что качает права? Мы-то понятно — сперматозоиды. Наша задача — найти эту самую… ну…