— Я почему-то не сомневался в этом, — у Рода были подозрения, где ведьма берет это золото. — Ты и этот дом построил?

— Нет, потому что не владею искусством плотника. Это сделали для меня добрые люди из деревни: они были рады, когда я заплатил им золотом.

— Еще бы! — усмехнулась Гвен. — А ты платишь, чтобы тебе подстригали лужайку?

— Только парню из деревни, который приводит сюда овец. Не очень дорого, а все остальное, что мне нужно, я создаю сам или вымениваю. Даже не знаю, что делать со всем золотом, которое мне дают.

— Правда? — недоверчиво спросил Магнус.

— Да, — Ари развел руки. — Ничего не смог придумать, поэтому стал каждый месяц давать деревенским по золотой монете, чтобы покупали еду для бедных и нуждающихся.

— Неужели? — недоверчиво воскликнул Грегори. А Джеффри удивленно покачал головой.

— Правда-правда! И все это из-за щедрости Убу Маре! Разве это не замечательно!

— Поразительно! — ответил Род, чувствуя холодок на спине.

— Так оно и есть! Но она уже шесть месяцев не приходит, только шлет вместо себя Ягу и Аксона. Не сомневаюсь, что они приносят ее золото, потому что они тоже покупают у меня камни, которые делают музыку.

— О! — напряжение становилось все сильнее. — Так это ты делаешь удивительные камни, которые издают чудесные звуки? Мы их слышали у тебя во дворе.

— Да, они мои, — расцвел Ари. — Это мои самые последние. Каждый раз я создаю новую музыку: мне нравится изобретать новые формы, — тут он внезапно нахмурился. — Но не те, какие заказывает мне Убу Маре, нет. Это ужасные камни, они издают скрежет и звон и слова, которые не имеют смысла. У них даже нет рифмы!

— Ужасно, — поддакнул Род. — Мне кажется, мы несколько таких слышали. Где они находят такие звуки?

Ари пожал плечами.

— Там же, где я нахожу свои, — в сердце.

— Но какое у них может быть сердце? — воскликнула Корделия.

Ари опечалено повернулся к ней.

— Девушка, девушка! Разве пристало судить соседей? Нет-нет! Если их вкусы и обычаи отличаются от моих, кто я, чтобы говорить, что они неправы, а я прав?

— Ты тот, кто делает эти камни, — напомнил Род.

Ари удивленно посмотрел на него.

— Неужели ты считаешь, что у меня есть право судить?

— Несомненно, — заявила Гвен, — а также у тебя есть и обязанности.

— Обязанности? — Ари, совершенно растерявшись, посмотрел на нее.

— Ответственность, — объяснил Род. — Ты должен всегда понимать, что могут сделать с созданными тобой вещами.

— Но ведь эти музыкальные камни — всего лишь развлечение!

— Я начинаю подозревать, что ничего не может быть «всего лишь развлечением», — твердо сказал Род. — Ты должен был задуматься, добрый человек Ари, какие последствия могут иметь твои изобретения.

— Какие последствия может иметь музыка? — удивленно спросил Ари.

Род глубоко вдохнул.

— Мы видели, как молодые люди уходят от родителей, убегают от работы и ничего не делают, только слушают музыку камней.

— Вот-вот, — подхватил Грегори, — а еще плывут вниз по реке с твоими камнями, едят лотос, лежат и мечтают.

— Наши ровесники всегда в смятении, хотя мы это тщательно скрываем, — мягко сказала Корделия. — И это смятение только усиливается словами, сопровождающими музыку.

— Не может быть!

Один за другим гости поведали хозяину, что видели, когда шли сюда от Раннимеда. Он был поражен, услышав о ходячих мертвецах, и пришел в настоящий ужас от рассказа о бичующихся. Наконец они закончили, но Ари все сидел с посеревшим лицом и шептал:

— Не нужно. Больше не нужно! Какие ужасные вещи я натворил! Нет, никогда больше не буду делать музыкальные камни!

— Наоборот, ты должен сотворить новые камни, — приказала Гвен с материнской строгостью, которая привлекает все внимание любого слушателя. — Раз испортил, должен и исправить.

— Как я смогу исправить музыку?

— Гармонией! — воскликнул Грегори.

— Верно! — глаза Магнуса заблестели. — Возьми самые красивые слова и дай им самую прекрасную мелодию, какую сможешь сочинить!

Но Ари покачал головой.

— Как может сладкая музыка излечить израненную душу?

— Конечно, может! — возразила Корделия, а Гвен мягко положила ладонь на руку Арн.

— Если диссонанс опечалил сердца, гармония их излечит.

Взгляд Ари утратил сосредоточенность.

— Возможно…

— Нет, невозможно!

Все повернулись. В дверях на фоне сумерек четко выделялись две фигуры, и более низкая, женщина, прошипела:

— Кто вы такие, что настраиваете Ари против наших желаний?