Каждый новый день таит в себе еще не случившиеся радости и, увы, неприятности, возникающие, казалось бы, из ниоткуда.

Тиар наслаждался завтраком, не ведая, что несет наступающий день. И даже когда слуга возвестил о том, что у его величества просит срочной аудиенции старшая фрейлина, прекрасная леди Финдхоем, король позволил ей войти, о чем тут же пожалел. Красавица ворвалась в королевские покои с такой мрачной решимостью, что сразу стало понятно: в лице бывшей любовницы к нему явилась именно вот такая нежданная неприятность.

Финдхоем присела в реверансе, умудрившись сделать его вызывающим, и сказала:

– Мой король, я пришла сообщить вам, что принцесса Алба заболела!

Сердитый тон фрейлины прозвучал как обвинение, словно это Тиар был виновен в недуге сестры.

– Что случилось, Финдхоем? Что-то серьезное? Еще вчера Алба выглядела вполне здоровой. – Тиар выжидающе посмотрел на придворную даму.

Принцесса росла на удивление здоровой девочкой, а ее болезни обычно оказывались всего лишь средством добиться своего. У него сестренка пока еще ничего не просила, значит, запрет мог наложить Масген. Вот только на что?

Финдхоем тем временем, поведя точеным плечиком, ответила:

– Недомогание не смертельно и не заразно, если вы это имели в виду, а насчет серьезности… Вам судить. Вот уже как пять дней принцессу каждое утро тошнит, у нее нет аппетита, она перестала переносить даже запах моих духов!

На этом месте красавица прервала гневную речь, потому что Тиар не смог удержаться от короткого смешка:

– Поверь, Финдхоем, не она одна!

Придворная дама тут же напряглась, перейдя на шипение:

– Тебе и правда смешно, Тиар?! Или ты пока не понимаешь, что это за болезнь?! О, да пусть будет всемилостив Трехликий и избавит нашего правителя от мужской слепоты!

– Не забывайся, Финдхоем! – повысил голос его величество.

Придворная дама снова торопливо присела, показывая покорность, что, впрочем, не помешало ей спросить самым сладким голосом:

– Мой король желает знать, что за болезнь у Албы?

– Желает! – снова вздохнул Тиар, понимая, что сейчас придется окончательно распрощаться с хорошим настроением.

– Беременность! – рявкнула фрейлина и замерла в притворном спокойствии, следя за реакцией короля цепким взглядом.

Тиар сидел, оглушенный новостью. Он не мог поверить, что маленькая упрямая сестренка беременна… Да такого просто не может быть! Она постоянно на виду!.. Да она еще в куклы играет, сам на днях видел! Как?!!

Видно, последнюю мысль его величество произнес вслух, потому что Финдхоем, пожав плечами, сказала:

– Я думала, вас больше заинтересует вопрос «кто?».

– Финдхоем, а ты уверена, что Алба действительно… – Тиар замялся, не решаясь произнести фразу до конца.

– Ждет ребенка? – договорила за него фрейлина. – Уверена! Впрочем, вам стоит самому поговорить с принцессой. Она разрыдалась, когда я… деликатно намекнула на сходность симптомов недуга с тем, что часто испытывают женщины, выполняя главное предназначение жизни. Я успокоила принцессу, как могла, оставила на попечение служанки и примчалась сюда. Необходимо разыскать этого негодяя раньше, чем положение несчастной девочки станет заметно! Вы ведь защитите ее?

– Семь шкур спущу с мерзавца! – пообещал Тиар, не замечая, как смялось в руке тонкое серебряное кружево кубка и вино расплескалось по скатерти.

– Только не убивайте его! Раз принцесса решилась на такой шаг, значит, он ей не безразличен! Уж поверьте, такая девушка просто так не прыгнет в постель. Она любит его. Это обычная юношеская горячка, и дело кончится свадьбой.

– А вот это не тебе решать! – поднялся из-за стола Тиар.

Когда гневный король вырос на пороге апартаментов принцессы, фрейлины, с причитаниями вившиеся вокруг больной девушки, предпочли немедленно исчезнуть. Финдхоем тоже решила не оставаться, тем более что Тиар недвусмысленно указал ей на дверь. Некоторое время правитель молчал, разглядывая лежащую на кровати сестру. Принцесса Алба и впрямь выглядела неважно: под припухшими от слез глазами залегли черные тени, губы были искусаны, волосы – в беспорядке.

Девушка испуганно посмотрела на брата, и он, сдержав рвавшийся наружу гнев, постарался, чтобы голос прозвучал спокойно:

– Это правда, Алба, ты действительно ждешь ребенка?

Девушка, съежившись в комочек под взглядом правителя, кивнула, после чего разразилась слезами. Тиар растерянно сел рядом. Он до последнего мгновения надеялся, что это ошибка и принцесса просто слегка приболела.

– Алба, кто он?

Девушка замотала головой, отказываясь говорить.

– Почему?

Этот вопрос заставил принцессу поднять голову и сквозь рыдания проговорить: