Барнаби покачал головой:

–  Она стоит… понятия не имею. Обычно, говоря об этой статуэтке, употребляют термин «бесценна». Если и остальные вещи того же калибра, Алерт мог бы стать одним из самых богатых людей.

–  Значит, эта статуэтка, находящаяся в доме одного из пэров, осуществляющих надзор за полицией, запросто стояла в ожидании, пока какому-нибудь вору вздумается ее похитить?

–  С этим вопросом лучше обратиться к моей матери, но предупреждаю, толку ты все равно не добьешься. Богу известно, отец много лет требовал убрать статуэтку с глаз подальше, но в конце концов сдался. Как уже упоминала Пенелопа, эти вещи были в домах на протяжении нескольких поколений. И мы почти их не замечали.

Стоукс вновь обратился к Смайту:

–  Значит, все шло гладко. Алерт увозил каждую вещь в экипаже. И что случилось под конец?

–  Сам не знаю, - пробормотал Смайт, с ненавистью глядя на мальчиков.
– Спросите лучше их.

–  Ну, мальчики?
– улыбнулся Стоукс.
– Последний дом. Что случилось и как вам удалось вырваться?

Мальчики переглянулись.

–  В первую ночь Смайт не сказал нам, в какие дома идти, и мы не смогли сбежать, - пояснил Джемми.
– Но позже Алерт увез нас в своем экипаже и остановился в каком-то парке, чтобы посоветоваться со Смайтом насчет сегодняшних домов. Они оставили нас в экипаже. Но нам удалось кое-что подслушать.

–  Мы узнали, что в третьем доме кому-то придется пробираться через кухню, - подхватил Дик.
– Идти выпало мне. Мы заранее договорились, что тот, кто пойдет через кухню, поищет там нож, достаточно острый, чтобы перерезать поводки.

Он кивнул на поводки, по-прежнему стягивавшие руки и ноги Смайта.

–  Стоило нам выйти на улицу, как он пристегивал к нам поводки, а если один из нас оставался снаружи, он привязывал поводки к столбу или ограде.

–  В последнем доме я должен был взять маленькую картину в кабинете на втором этаже. Смайт втолкнул меня в окно буфетной, а я выждал немного и, вместо того чтобы подняться наверх, вышел через переднюю дверь. Но засов как назло заскрипел, - продолжал Джемми.

–  А я почти перерезал поводки, когда вышел Джемми, - подхватил Дик.
– Но Смайт услышал скрип и догадался, в чем дело. Джемми помог мне освободиться, но тут мы увидели бегущего к нам Смайта. И бросились прочь.

–  Вы молодцы!
– искренне похвалила Пенелопа. Смайт недовольно поморщился.

–  Это все, что я могу вам рассказать. Найдете джентмуна, который бывал во всех этих домах и знал, где что лежит, приведите ко мне, и я скажу, тот ли это Алерт.

–  Да, ты его узнаешь, но он все станет отрицать, - возразил Стоукс.
– Кто еще может подтвердить твои слова?

–  Гримсби. Он видел его чаще, чем я.

–  К несчастью, тюрьма не пошла ему на пользу, У него случился разрыв сердца. Он мертв и больше ничем нам не поможет.

Смайт выругался и с надеждой глянул на мальчиков.

–  Парни, думайте хорошенько, - вмешался Стоукс.
– Сможете ли вы каким-нибудь образом узнать Алерта?

Мальчики дружно покачали головами. Стоукс вздохнул и уже хотел что-то сказать Смайту, когда Джемми неожиданно воскликнул:

–  Мы слышали его столько раз, что сможем узнать по голосу!

–  Превосходно!
– просияла Пенелопа.
– Бэзил, надеюсь, этого будет достаточно?

–  Наверное, - подумав, кивнул Стоукс.

–  Итак, - пробормотал Барнаби, не отрывая взгляда от списков, - все, что нам нужно сейчас…

Он осекся, услышав негромкий стук в дверь. Барнаби взглянул на Мостина, который с поклоном пошел открывать. При этом он не закрыл дверь гостиной. Все молчали. Взрослым не терпелось взглянуть на нового гостя. Мальчики были слишком заняты сандвичами.

Щелкнул дверной засов, и секунду спустя послышался чей-то голос.

–  Милорд!
– воскликнул Мостин.
– Мы… э… не ожидали вас.

–  Я так и предполагал, Мостин, - властно объявил неизвестный.
– Возьмите мою шляпу. Итак, где мой сын?

Мгновение спустя на пороге появился граф Котелстон и, обозрев компанию, благожелательно улыбнулся:

–  Барнаби, дорогой, вижу, у тебя нечто вроде приема?

–  Папа?!
– охнул Барнаби, но тут же осекся и нахмурился: - Я думал, ты уехал в деревню.

–  Я тоже так думал. К сожалению, - вздохнул граф, - твоя мать решила, что я оставил в Лондоне нечто такое, что необходимо увезти домой. Вот и отослала меня с полдороги с приказом не возвращаться, не выполнив поручения.

Блеск устремленных на сына глаз лучше всяких слов объяснял, что это за «нечто».

Оглядев присутствующих, он вновь обратил взгляд на Барнаби и поднял брови:

– Э-э…

Барнаби отчетливо ощущал, что ситуация вышла из-под контроля.

–  Ты, конечно, знаешь Стоукса.

Граф обменялся кивками с инспектором, с которым действительно был знаком.

–  И позволь представить тебе мисс Пенелопу Эшфорд, - продолжал Барнаби.

Пенелопа поднялась, присела в реверансе, и граф поцеловал ей руку.