–  Прости. Я хотела тебя услышать, - ее голос дрогнул.

–  Я… тоже. Я позвоню тебе. Я обещаю, я позвоню, как только освобожусь.

–  Позвони, даже если будет ночь, ладно?

–  Да, - он зажмурил глаза.

–  Тогда клади трубку первый. Я не могу.

–  Хорошо, - ответил он тихо.

Берендей встряхнул головой. И нажал на красную кнопку. Скоробогатов, конечно, сволочь, но Юлька переживет, а Скоробогатов может не пережить.

Он сел в машину и попросил Андрея:

–  Посмотри, я не очень разбираюсь. Какой из этих номеров мобильный?

Андрей глянул на визитку:

–  Последний. С девятки начинается.

Берендей кивнул и снова спросил:

–  Надо обязательно его в записную книжку записывать или можно просто набрать?

–  Просто набирай, - Андрей удивился.
– Ты что, никогда не звонил по мобильному?

–  Неа. Я его купил три дня назад.

–  Для Юльки?
– спросил Андрей и слегка изменился в лице.

–  Да, для Юльки, - Берендей глянул на него с вызовом и начал набирать номер Семена.

Трубку сняли сразу.

–  Что-то случилось?
– Семен удивился, услышав голос Берендея.

–  Да. Приехал Скоробогатов. И пошел валить медведя. Один. Он винтовку купил с серебряными пулями.

–  Ё-ё-ё, - протянул Семен, - и чё делать теперь?

–  Я иду его догонять. Не знаю, успею ли. Он меня один раз не послушал, и теперь наверняка не послушает. Его джип стоит примерно в полутора километрах от поворота, на дороге ко мне. Мимо не проедешь.

–  Понял я. Выезжаю. Продержи его, если сможешь, хоть немного.

Берендей отсоединился и развернул машину.

–  Может, тебе не надо со мной?
– на всякий случай спросил он Андрея.

–  Поздно. Лучше уж я с тобой буду, чем один на дороге останусь.

–  Ты можешь вернуться домой. Здесь жилье начинается, тут медведь напасть не посмеет.

–  Нет. Я пойду с тобой. Да и домой я позвонил, сказал, что в клубе застрял.

–  И на лыжах умеешь ходить?
– безо всякой надежды спросил Берендей.

–  На охотничьих никогда не ходил. А на обычных, беговых, очень даже неплохо хожу.

–  Ну хоть что-то.

Берендей снова утопил педаль газа, срываясь с места.

–  Если мы встретим медведя раньше, чем Скоробогатова, все будет зависеть от тебя. Если ты растеряешься хоть на секунду, мы оба покойники.

Андрей кивнул.

–  Если хватит времени, стреляй в него из обоих стволов. Целься в корпус, в голову все равно не попадешь. Я сразу говорю, что стрелять не смогу. Так уж вышло. А потом разворачивайся и беги как можно быстрей. На лыжах он нас не догонит. Только привыкнуть надо к лыжам. Без палок же ходят. Совсем не так, как на беговых.

–  Я умею без палок.

–  Это хорошо. Не оборачивайся, на меня не смотри. И мне не поможешь, и сам пропадешь. Серьезно говорю.

Андрей кивнул и не стал спорить.

Берендей остановился около джипа - фары еще горели, - вылез из машины и достал с заднего сиденья лыжи и двустволки.

–  Тебе с ремешком, - он усмехнулся, протягивая ружье Андрею.
– Давай покажу, как правильно надевать.

Он повесил двустволку Андрею на плечо. И показал, как быстро ее снимать. Они надели лыжи.

–  Тяжелые, - заметил Андрей.

–  А ты думал… - хмыкнул Берендей.
– Зато широкие.

Андрей стоял на лыжах гораздо уверенней, чем мог надеяться Берендей. Пока фары давали много света, следы и охотничьих сапог Заклятого, и узких ботинок Скоробогатова были отлично видны на снегу.

–  А что мы будем делать, когда света не будет?
– спросил Андрей.

–  Разберемся как-нибудь, - ответил Берендей.
– На самом деле зимой не бывает совсем темно. Глаза привыкают быстро. Так что увидим. Лучше бы они вообще не светили, тяжело после света в темноте.

И вскоре фары перестали давать свет - их заслонили деревья. Скоробогатов шел рядом со следом Заклятого, а не по нему. Шел тяжело и медленно, спотыкаясь и иногда падая. И пользовался винтовкой с оптическим прицелом, как клюкой: ему было тяжело так высоко поднимать ноги. Заклятый же, наоборот, шел быстро, ровно и легко - видно, успел привыкнуть. Берендей не знал, сколько времени Заклятый провел в лесу и сколько раз при этом оборачивался человеком, но по глубокому снегу ходил не многим хуже его самого.