Молодой лейтенант, взглянув на мрачного Брима, тут же принялся изучать образцы пустых бланков на стойке.

— Поговорим вот о чем, Брим, — продолжил Амхерст, испепеляя карескрийца взглядом, как будто тот совершил невесть какое преступление. — Участие Империи в гонках вроде Митчелловских скоро станет достоянием прошлого. Этим фондам можно найти куда более полезное применение. Кроме того, сейчас не то время, чтобы соревноваться с Лигой и одерживать победы.

Брови у Брима сами полезли вверх.

— Что вы имеете в виду, Амхерст?

— Капитан Амхерст!

— Капитан Амхерст.

— Вот так-то лучше. Ты никогда не понимал, где твое место, Брим, верно? Брим снова скрипнул зубами.

— Нет, капитан. Не понимал.

Клерки совместными усилиями, видно, как-то решили вопрос — по крайней мере вторая очередь двинулась с места, а клерк, к которому стоял Брим, спешно закончил то, что от него требовалось.

— Ничего, Брим, еще поймешь, — заверил Амхерст. — Иначе мы мигом избавимся от тебя снова. Теперь отвечу на твой вопрос. Первое, что ты должен усвоить, — это то, что мы больше не состязаемся с Лигой. Ни в чем. Это относится как к тебе лично, так и к тому недоразумению, которое вы называете ИЗО. — Амхерст говорил уже с откровенной злобой. — Вместо тщеславных потуг с целью унизить наших партнеров из Лиги, как ты сделал недавно в Рудольфе, усилия следует направить на укрепление мира и сотрудничества.

— Например? — спросил Брим.

— Например, сократить раздутый Имперский Флот — Флот, который не нужен нам больше для обороны. — Амхерст подбоченился и посмотрел на Брима так, будто втолковывал что-то особо тупому ребенку. — Неужели непонятно, что Флот самим своим существованием невероятно затрудняет нашу работу?

— Капитан Амхерст, — сказал в это время клерк, — все готово. Как только вы завизируете документ, младший лейтенант будет переведен, а ваше штатное расписание — исправлено.

Амхерст повернулся к Бриму спиной, как будто тот перестал существовать, и потрепал по плечу молодого офицера.

— Ну вот, теперь тебе больше не придется служить на одном из этих ужасных военных кораблей.

— О, благодарю вас, капитан! — с восхищением отозвался юноша. — Я бы просто не выдержал…

Весело ухмыляясь, Амхерст поставил свою подпись и без единого слова благодарности вышел из кабинета вместе со своим новым подчиненным. У выхода он еще раз оглянулся на Брима.

— Мы будем пристально следить за тобой, карескриец, — заявил он. — Были уже такие, которые пытались свергнуть КМГС и поплатились за это. Так даже лучше, — с усмешкой добавил он. — Я получу большое удовольствие, лично убрав тебя и все, за что ты цепляешься, с пути мира. — И он ушел.

Клерк посмотрел на Брима сквозь очки и покачал головой.

— Не обижайтесь, коммандер, — но зачем вам столько неприятностей на свою голову? Если Пувис Амхерст так невзлюбил вас, можете с тем же успехом уйти прямо сейчас!

Брим сердито уставился на дисплей со своими новыми документами.

— Не рассчитывайте на это, мистер, — сказал он, наблюдая за ходом регистрации. — Как говорят у нас в спорте, «ничего не закончено». — Он посмотрел клерку прямо в глаза. — А эти гонки еще и не начинались.

После слишком короткого отдыха с Анной Романовой — во время которого оба пришли к пониманию того, что частых расставаний им не избежать, — Брим вернулся в Аталанту, чтобы возобновить работу на базе Флота и подготовиться к новым гонкам. Весь остаток года они с Молдингом, жертвуя своим свободным временем, путешествовали на Содеску и Родор, присутствуя при создании М-6 и систем его управления.

Награда, однако, стоила этих жертв. Задолго до гонок два новых шеррингтоновских аппарата проявили себя чуть ли не самыми приспособленными для полета космическими кораблями в истории. Окрашенные в темно-кобальтовый цвет с косыми полосками белых, голубых и красных тонов чуть позади плазмопроводников, М-6 обладали всеми достоинствами М-5 — плюс многими, многими еще.

Около девяноста шести иралов в длину, они были чуть побольше своих предшественников и, как все валериановские модели, имели несколько корпусов. Два адмиралтейских гравигенератора НЛ-4053-Д, помещенные в каплевидные наружные камеры, крепились к стройному главному корпусу знаменитыми валериановскими «штанами». Усовершенствованный гипердвигатель «Колдун» марки ПВ/16 располагался на киле и охлаждался посредством внешних радиаторов, занимавших площадь почти вдвое большую, чем у М-5. Впереди новая энергосистема с двумя круглыми кожухами над спрямленными до предела плазмопроводами обеспечивала почти восьмикратное увеличение энергии при том же объеме камеры. Мостик помещался за самым носом и был снабжен сильно скошенными, увеличенными гиперэкранами. Внутри все пульты были переделаны по проектам эргономического сектора Адмиралтейства, и теперь вести корабль было одно удовольствие.

При всем при том М-6, разумеется, развивали невероятную скорость, но их надежность не уступала быстроте. Это проявилось еще на ранних стадиях испытаний благодаря консервативному решению конструктора: усовершенствовать характеристики М-5, не стремясь к новому качественному прыжку в технологии.

Выяснилось, однако, что корабли будут готовы только к самым гонкам. Все это время и «Гантгейзер», и «Дампьер» не покладая рук работали над своими моделями, и не было сомнений, что характеристики своих кораблей они проектируют на основе тех же разработок, что и «Шеррингтон».