— Н-н-но, — протянул Филипп, — видишь ли, наш стажер должен был везти младшую группу к зубному в южный Лондон. Он не любит возить их в старом автобусе… из-за тормозов, да и вообще.

— А я, значит, должна путешествовать на этом дерьме! И все только потому, что кто-то хочет сэкономить на ремонте! — закричала Вэл. — Ведь мы тоже, помилуй Боже, везли не кого-то там, а студентов колледжа на загородную прогулку. Наконец, почему у нас не оказалось запасного колеса?

— Да, тут я не проявил должной предусмотрительности, птичка моя, — извиняющимся тоном произнес Филипп. — П-п-прости меня… я расстроил тебя…

“Вот тебе и влюбленные пташки. Совсем не похоже”, — подумал Ливингстон. На этот раз он так громко закашлял, что его должна была услышать даже Пенелопа.

Оба были явно потрясены, когда увидели комиссара, выходящего из дверей студии.

Филипп побледнел.

— Что-нибудь случилось с Пенелопой? Ей опять стало плохо? Она что?..

Вэл тоже как будто бы хотела что-то сказать, но, закусив губу, промолчала.

— Нет-нет, — мягко ответил Ливингстон. — Я только что очень приятно побеседовал с мисс Этуотер.

— Тогда… — Филипп не знал, что предположить. “Он слишком вежлив, чтобы напрямик спросить меня, какого черта я тут делаю”, — подумал Ливингстон.

— Дело в том, что у меня есть несколько вопросов к мисс Твайлер.

— Ваши вопросы, безусловно, могут подождать до завтра, — резко сказала Вэл. — Вы даже представить себе не можете, что за день был у меня сегодня!

“Неплохо это у нее получается, — отметил Ливингстон, — и не в первый раз, кстати. Если она и нервничает, то прекрасно это скрывает. А вот Филипп, напротив, выглядит страшно обеспокоенным”.

Вэл продолжала стоять в центре коридора.

— Пожалуйста, спрашивайте поскорее. Я устала и хочу лечь спать.

— Мисс Твайлер, являетесь ли вы одновременно еще и некоей Мэри В.Кук и были ли вы гувернанткой в доме тети Атены Пополус, некоей Элен Карвелус тогда, когда миссис Карвелус была убита?

У Филиппа перехватило дыхание.

— Вэл, когда я тебе рассказывал об Атене…

— Заткнись! — приказала Вэл.

— Когда это вы рассказывали про Атену? — мягко переспросил Ливингстон.

— Нет, ничего, — заикаясь, ответил Филипп.

— Я прошу вас проследовать вместе со мною в полицейский участок, — столь же мягко сказал Ливингстон. — Мы продолжим наш разговор, наш допрос там.

И Филипп, и Вэл знали, что комиссар вовсе не просит их о чем-либо. Он приказывает.

По залу ходил официант, предлагая всем желающим чаю или кофе. Мало кто соглашался.

“Все, вероятно, хотят уже побыстрее разойтись по каютам и начать собираться, — думала Риган. — Это все тоже типично для завершающего периода путешествия: ты успел подружиться с другими пассажирами, немного расстроен перспективой расставания с ними, но уже заглядываешь в будущее, строишь новые планы”.

Иммакулата вся просто сияла.

— Не могу дождаться завтрашнего утра, когда мы будем проплывать мимо статуи Свободы. Лучший друг моей бабушки, чья семья приехала в Америку давным-давно из Сицилии, рассказывал, что он вместе с другими школьниками сдавал свои сбережения в специальный школьный фонд, из средств которого потом построили основание для этого величественного памятника. Вы представляете, они привезли статую сюда из самой Франции, а потом в течение многих лет она лежала, потому что не было средств для сооружения необходимого постамента.

Хардвик неожиданно поднялся.

— Желаю всем спокойной ночи. Марио посмотрел ему вслед.

— Мне вовсе не жаль, что он ушел.

— О, Марио, — попыталась успокоить его жена, — не обращай на него внимания. Он просто злой, раздражительный человек, а такие люди — самые большие враги для самих себя. Давай-ка лучше пойдем и немного потанцуем, а потом отправимся спать и сделаем это сегодня пораньше. Ведь мы так планировали завершить сегодняшний день, не правда ли? — Иммакулата хлопнула ресницами, влюбленно глядя на мужа.

— Да, именно так. Пойдем сбацаем что-нибудь под эту шикарную музыку, детка. — Марио улыбнулся в ответ жене, и они оба поднялись, одновременно оттолкнув назад стулья. — Надеюсь всех вас увидеть завтра рано утром на палубе.

— Обязательно будем там! — воскликнула Вероника.

Из другого конца зала подошел Милтон. Он предложил Сильви потанцевать. При этом очень элегантно, может быть, даже немного вычурно, протянул ей руку.

— Могу ли я пригласить вас, моя дорогая? Риган наблюдала, как Сильви выпорхнула из своего кресла. “Интересно, — подумала она, — а куда же это Милтон подевал свою сестричку?” Риган была уверена, что та вот-вот появится как из-под земли и что Милтон с Сильви не успеют закончить и первого пируэта. Виолет, пожалуй, надо поступить на работу к какой-нибудь молоденькой знатной особе, чтобы оберегать ее от ненужных знакомств, а то и вообще вышибалой в любой бар. Дейл положил салфетку на стол.