Ну, здесь он себе явно польстил, подумал я. Рожа у него совсем не бандитская. А как у писаря в старых фильмах. Или у чеховского дьячка-пьяницы.

– Я, гражданин начальник, не только вор, но и больной человек. У меня болезнь такая - в окна подглядывать. Очень интересно. Я телевизор не люблю, там все врут. А в окнах все по правде. Любопытно ведь: как люди кушают, ругаются, хозяйничают. У меня и справка есть, - он достал из кармана сложенный потертый листок, - это об моем заболевании.

Я видел, что папа поверил ему, есть такое заболевание. У воров чаще всего.

– Очень интересно было глядеть, как гражданин адмирал что-то пишет. У него такое лицо становилось, что сразу ясно - о войне вспоминает…

– А что ты еще в квартире гражданина адмирала видел?

– Детишки к нему повадились. Помогают ему. Во все углы заглянут.

– И в шкаф тоже?

– А он им сам показывал. И мундир свой, и финку.

– А кто еще к нему заходил?

– А вот эти шплинты. Которые воробьев по чужим квартирам гоняют. Чашку мою разбили. В холодильник лазили, курицу трогали.

А он ведь ябеда порядочный, стукач настоящий.

– Еще один фраер заходил, в шляпе. Тоже осматривался. Но я его не особо разглядел. Он все время спиной к окну держался.
– Лысый повернулся к адмиралу.
– Сторочки на окошках надо держать, гражданин потерпевший.

– Колесникова знаешь?
– спросил папа.

– Колесо-то? А как же. Хороший вор. Глупо попался, в шкафу уснул. Его на зоне задразнили все. Но я с ним не видался. Я на Севере отбывал, а он на Востоке отбывает.

– Все вспомнил?
– спросил папа.

– Что видал - то и вспомнил. Да, еще там один пацан - морда у него такая кошачья - все возле корабля вертелся. И пальцами его мерил.

Кот Базилио, подумал я. Ему, конечно, интересно, он в нашей школе, на трудовом обучении, все время модели делал. Кривые, правда, нескладные. А тут такая прелесть!

– А племянник ваш?
– вспомнил папа про Лису Алису.

– Не.
– Лысый махнул рукой.
– Этот трусоват, из него хороший вор не получится.

И слава богу! Правда, плохой вор из него уже получился.

– А больше ничего я и не подглядел, - вздохнул Лысый.

– Нехорошо подглядывать, - сказал папа. Посмотрел на нас: - И подслушивать тоже.
– Вернул Лысому его бинокль и справку.
– Завтра зайдешь в отделение, к дежурному, дашь показания. Свободен.

– Желаю здравствовать.
– Он даже поклонился. И повторил адмиралу: - А сторочки все ж таки повесить надо - соблазн большой.

Мы попили еще чаю, еще раз предложили адмиралу свой кров на ночь, но он опять отказался. И мы попрощались и пошли домой.

Папа всю дорогу с нами не разговаривал. Не потому, что сердился, он думал.

Опять заморосил осенний дождик. Было очень тихо. Даже не трещали по микрорайону мопеды и не вопили «мопедисты».

На душе из-за этой кражи было очень горько. И было очень жалко маленького адмирала.

Мама сначала очень на нас рассердилась, а потом очень нам обрадовалась и стала рассказывать о колоссальной краже в нашем районе. По ее словам, ограбили богатейшую квартиру очень важного маршала. На двух грузовиках, даже на фурах, вывезли всю его итальянскую мебель, французскую косметику его покойной жены, немецкую бытовую технику и коллекцию старинного оружия. Оставили только старенький мобильник, по которому связанный по рукам и ногам маршал позвонил в милицию.

– А как же он номер набирал?
– искренне удивился Алешка.
– Языком, что ли?

– Носом, - сказала мама.
– Чай будете пить?

– Завтра, - вздохнул папа.
– Ближе к вечеру.

А я подумал, что слухи у нас не только быстро распространяются, но и непомерно растут. Вкривь и вкось.

Когда мы забрались в постели, Алешка сказал:

– Дим, я еще не пойму - что здесь к чему, но я знаю одну вещь.

– Лех, давай завтра, а? Спать хочется. И контрольная у меня первым уроком.

– Дим, я могу забыть до завтра. Слушай. Этот лысый, который подглядывает, сказал, что Базилио все ходил вокруг «Грозного» и что-то делал…

Глаза у меня уже были закрыты, но слух еще не отключился.

– …А тетка-соседка сказала, что гимназисты приносили адмиралу торт. Вот в такой, Дим, коробке.

– Ну и что?
– В голове у меня был приятный убаюкивающий шум. Если бы не Алешкино жужжанье.

– Ты спишь, Дим? Сейчас проснешься. Адмирал тортами не питается. Он питается конфетами и ромом. Раз! Базилио, который бродил вокруг «Грозного», делал пальцами вот так. Посмотри.