Шрифт:
– Они тебе не помогут!
– И Семен Михайлович «отключил автоответчик».
– Вот это алиби!
– похвалился Алешка.
– Вообще-то, - сказала мама, - это хамство.
– Да ну… мам, - затянул Алешка, - Михалыч очень добрый человек. Воспитанный офицер. Он в учительской всегда встает, когда дамы входят. И чьи-нибудь мамы.
– Я не про него, - сердито сказала мама, - я про тебя. Маленького нахала.
Алешка немного смутился и чуть слышно пробормотал:
– Маленький нахал лучше большого. В нем нахальства меньше.
– Завтра вежливо поздороваешься и извинишься.
– Это было сказано мамой таким ледяным тоном, растопить который даже Алешке не удается.
– А сейчас - спать! До утра.
В школу мы, конечно, опять опоздали. Не по своей, конечно, вине. Опять из-за гимназии. Конкретно.
У гимназических ворот стоит знакомый джип. Возле него - чем-то рассерженный охранник-водитель Степик и хмурый и злой Шаштарыч.
Мы, конечно, идем мимо - ничего не видим, ничего не знаем, но все слышим.
– Если я тебя еще раз увижу рядом с Томасом, - напористо грозит Степик, - доложу отцу.
– А ты кто такой?
– Шаштарыч вскинул голову.
– Знай свое место, холуй!
У Степика дернулась рука, но он сдержался, достал этой рукой мобильник.
А мы очень не спеша идем и идем мимо. Будто на месте топчемся.
– Лев Ефимович? Это Степик. Я увольняюсь. Да. Прямо сейчас. Пришлите водителя к гимназии. Пусть он заберет джип и вашего сопляка. Конец связи.
Степик сунул мобильник в карман, запер машину и сунул ключи Шаштарычу в нагрудный карман.
– Ты что!
– испуганно заорал тот.
– Я пошутил!
– А я - нет.
– Степик повернулся и пошел к метро.
Алешка вдруг сорвался на бег, обогнал Степика и, глядя в лицо, весело поздоровался:
– Доброе утро, дядя Степик. Привет вам от папы. Заходите на чай. У нас теперь свой адмирал есть. Мы вам его покажем.
– Зайду, - хмуро улыбнулся Степик.
– Прямо сегодня. Я люблю чай с адмиралами пить.
В учительскую мы вошли вдвоем. Она была пуста, все учителя - на уроках. Только в уголке скучала над кроссвордом секретарша Жанна.
– Товарищ полковник у себя?
– деловито спросил ее Алешка.
Жанна улыбнулась, она почему-то любила Алешку.
– Для вас, корнет Оболенский, - всегда! Заходите.
– Здравия желаю, товарищ полковник!
– вежливо поздоровался с директором Алешка. Тот поднял голову от кроссворда, это он Жанну кроссвордами заразил.
– Извините, что помешал вам заниматься важным делом.
(Мамин наказ выполнен по полной программе: и поздоровался вежливо, и извинился не поймешь за что.)
– Ничего, я привык.
– Семен Михайлович сложил газету, опустил на нее очки.
– А где он?
– Кто?
– Адмирал. С саблей.
– Он еще спит.
– Хороший адмирал? Бравый?
– Во!
– Алешка поднял большой палец.
– Первого ранга. Да еще и капитан. Третьего ранга. Служил юнгой на Балтийском флоте. Лично сбил восемнадцать вражеских самолетов. Прямо в море. Только пыль столбом.
Какая там в море пыль столбом?
– Надо познакомиться. Пригласи его ко мне… - директор взглянул на листок календаря, - на семнадцать ноль-ноль.
– Есть! Только пусть Жанна чай приготовит. С конфетами. Он очень конфеты любит.
– Да?
– Директор смерил Алешку подозрительным взглядом.
– А я думал, адмиралы ром пьют.
– Наш не пьет. У него рома нет.
– Ну, это мы поправим, - пробормотал еле слышно директор.
– Все, свободны. Опоздание вам все равно засчитываю.
– Адмирал сегодня не сможет прийти, - «вспомнил» вдруг я.
– У него военно-морская конференция в Кремле.
– Вы - шантажисты!
– вспылил директор.
– Вымогатели! Главное в школе - что? Успеваемость? А вот и нет! Дисциплина! Без нее никакая не бывает успеваемость. Кроме плохой. Даже самый дисциплинированный разгильдяй…
Одной рукой он грозно стучал по столу, а другой писал для нас оправдательные записки.
– В последний раз, Оболенские. Иначе я вас в гимназию переведу.
– Нас не возьмут, - охладил его гневный пыл Алешка.
– Не тот контингент. У нас всего один джип, да и то папин, служебный.
Глава V
В ОТКРЫТОМ МОРЕ
Встреча отставного полковника и адмирала состоялась. Мы на ней не присутствовали, и что они там пили - чай с ромом или ром без чая, - нам неизвестно. Как не известно и содержание их разговора.