Шрифт:
Они едва успели пожать руку Джилу Харвуду, как появилась невеста. Она вошла в вестибюль, и с этого мгновения Майкл и Бесс уже не видели никого, кроме нее. Они вместе повернулись к ней, рука Майкла нашла руку Бесс и крепко сжала ее.
– О Боже мой, – прошептал он.
Она была хорошенькой и юной. Она соединила в себе мать и отца. Пока она шла к ним, у них в голове проносилось многое: что она взяла у каждого лучшие черты, что она счастлива, что готова к этой свадьбе и к будущей жизни со своим избранником, что она носит под сердцем их первого внука. Но больше всего их потрясло, как старательно, во всех деталях, она воссоздала их собственную свадьбу.
Платье так же шелестело, как некогда на Бесс.
Вуаль была точной копией той, ее.
Букет как будто бы сохранился с тех времен.
– Мама, папа… – сказала она, тронув каждого за плечо и прижимаясь поочередно к их лицам щекой. – Я так счастлива.
– И мы счастливы за тебя, – шепнула Бесс.
Майкл добавил:
– Любимая, ты поразительно красива.
– Да, согласен, – подтвердил подошедший Марк.
Вмешался фотограф:
– Все сюда, пожалуйста. Мне нужен снимок всех вместе перед входом в церковь. Мы опаздываем!
Все двинулись к входным дверям. Глаза Майкла нашли глаза Бесс.
– Хотя ты Меня и предупредила, все равно это был шок. На секунду я подумал, что это ты.
– Да, я понимаю. Это может вызвать замешательство.
Битый час фотограф заставлял всех становиться так или иначе. Майкл и Бесс все время оказывались вместе: в группе ли, которую снимали, в стороне ли, наблюдая, как снимают других. Оба остро ощущали присутствие друг друга, вспоминая эпизоды собственной свадьбы.
В конце фотограф заявил:
– Теперь семья невесты, пожалуйста. Только члены семьи.
Майкл на секунду заколебался, но Лиза тут же позвала его:
– Папа, иди же!
Через минуту они – Лиза, Бесс, Майкл и Рэнди – стояли на ступеньках церкви Святой Марии, той церкви, где когда-то венчались Бесс и Майкл, где крестили Лизу и Рэнди, где дети принимали первое причастие, куда они всей семьей ходили в те счастливые дни.
– Пусть родители встанут на верхнюю ступеньку, а вы, двое, перед ними, – командовал фотограф.
– Чуть правее, – обратился он к Рэнди. – Отец, положите руку ему на плечо…
Майкл положил руку на плечо сыну и почувствовал, как опять зашлось от этого прикосновения сердце.
– Хорошо. Теперь все поближе друг к другу.
Фотограф наводил фотоаппарат, они стояли рядом, чувствуя тепло друг друга.
Лиза думала: «Пусть, пусть это подействует».
Бесс: «Скорее, а то я заплачу».
Рэнди: «Приятно чувствовать руку отца».
И Майкл: «Оставьте меня с ними навсегда…»
Глава 11
Перед самым началом церемонии, когда гости собрались в вестибюле, а мать и невеста фотографировались в комнате для переодевания, Майкл увидел, что к нему направляются двое знакомых.
– Барб и Дон! – воскликнул он, расплываясь в улыбке. Он все еще не мог прийти в себя от удивления, когда обнимал их. Они в свое время были на их свадьбе, он – шафером, она – подружкой невесты. Барб и Дон, их лучшие друзья. После развода из-за каких-то глупых предубеждений они не встречались. Майкл не видел их лет пять. Обняв Барб, он ощутил ответный порыв, а пожатие руки Дона вызвало такой прилив дружеских чувств, что он тут же обнял старого друга.
– Нам вас не хватало, – шепнул Дон Майклу и так сжал его в ответном объятии, что у того перехватило дыхание.
– Что случилось? Мы совсем вас потеряли!
– Ты знаешь, как это… Черт, я не знаю.
– Ну, все. Этой сегрегации – конец.
Сказать что-то большее не было возможности. К Майклу постоянно кто-нибудь обращался – бывшие соседи, дядюшки и тетушки с обеих сторон, Лизины школьные подружки, сестра Бесс Джоан и ее муж Кларк, которые прилетели из Денвера.
Наконец распорядители, показывающие гостям их место, всех рассадили, йевеста приготовилась войти. Пока Марианна поправляла шлейф Лизиного платья, Майкл улучил момент и прошептал Бесс:
– Здесь Дон и Барб.
Ее лицо осветилось. Она пыталась найти их глазами среди гостей, но не успела – началась церемония. Расстелили белый ковер. Впереди стоял священник. Бесс и Майкл заняли свои места по обе стороны от Лизы. Рэнди шел под руку с Марианной.
Наконец они вступили на ковер, и их охватило сильное волнение. У Бесс ослабели колени, Майкла била внутренняя дрожь. Они прошли мимо множества лиц, устремленных к ним, не видя ни одного. Бесс и Майкл передали свою дочь ожидающему ее жениху и стояли рядом, пока не прозвучал традиционный вопрос: