Его взгляд потускнел и Виста уже знала, что это означает.

— Опомнись! — в отчаянии закричала она. — Разве мы не для этого тянули время!

Но Мстислав уже не слышал ее слов, его внимание без остатка поглотил бой, зато их хорошо расслышал Седой. Он был единственный из разбойников, кто оказался за чертой магического круга, и теперь с удивлением наблюдал за рычащей сворой нечисти, которая проносилась мимо, не обращая на него никакого внимания. Он обернулся, окинул Мстислава и Виста цепким взглядом, затем перевел его на черту недалеко от своих ног и хлопнул себя по лбу. Он все понял.

— Проклятие! Жаль, что колдун не вовремя помер… — пробормотал он и заорал изо всех сил, пытаясь перекрыть шум боя. — В круг, всем в круг! Всем к костру! Здесь они не достанут!

Даже если кто-то и услышал его, все равно сдвинуться с места он уже не мог, настолько плотно ночные твари обложили сражавшихся людей. Седой разразился ругательствами и выпрыгнул из круга, смертоносным вихрем ворвавшись в толпу нечисти.

— Глупо, — заметила ему вслед Виста. — Он им ничем не поможет.

— Да, — откликнулся Мстислав и повторил. — Он им не поможет…

— Вот видишь, ты тоже это понимаешь, — обрадовалась девушка, с надеждой заглянула ему в глаза.

— Зато я могу… — с этими словами витязь решительно двинулся вперед.

— Что ты делаешь?! — вскричала Виста. — Ты безумец! Ты даже хуже — ты полный дурень! Неужели ты хочешь перебить всю окрестную нечисть?! Остановись!..

Ее голос сорвался и она зашлась в кашле, чувствуя что ее буквально разрывает от злости. Злости на это ненормального богатыря, для которого позывы сердца важнее государственного долга. Злости на себя, за то, что в душе что-то болезненно перевернулось, вызвав слезы.

— Дурак, ну, до чего же дурак, — бормотала она, а ноги уже несли ее к границам круга. Впрочем, ее благоразумия хватило, чтобы остановиться на краю круга и совершать только короткие точные выпады за его пределы. А иногда еще и рубить залетавших внутрь в пылу боя тварей.

Распаленная человеческой кровью, близостью внушающих ужас заклятий магического круга и Лунного меча, нечисть вконец обезумела и уже мало что соображала, бросаясь на все, что двигалось поблизости. В том числе и друг на друга…

А над всем этим кровавым хаосом царил Лунный меч, производя значительное опустошение в рядах нечисти. Ибо даже маленького прикосновения к их телам было достаточно, чтобы ночные твари, с диким воем и дымящимися ранами, уносились прочь, чтобы сгореть где-нибудь в магическом огне… Мстислав прореживал целые просеки в их рядах, но вместо погибших появлялись все новые и новые твари. Однако витязь не был безумцем, как в сердцах кричала ему вслед Виста, и не собирался перебить всех лесных и болотных тварей в этих краях. Нет, он действовал расчетливо и целенаправленно, стараясь расчистить сражавшимся воинам пути в магический круг.

Его меч без промаха разил крупных тварей, однако по более мелким и более шустрым чаще всего мазал и их маленькие, но острые, как бритвы, когти и клыки частенько рвали его доспехи, иногда прорываясь до самого тела. Они были болезненны, эти укусы и порезы, в ранки зачастую попадала ядовитая слюна и вызывала сильное жжение, но витязя это не могло остановить. Потом, после боя раны будут ныть, отзываясь болью на каждое движение, на каждое усилие, но это будет потом. А сейчас его мышцы переполнялись силой, и он щедро разбрасывал ее направо и налево.

Но все же нечисти оказалось чересчур много. Воины гибли быстрее, чем Мстислав успевал расчистить им дорогу. В итоге лишь три человека смогли воспользоваться помощью Мстислава и Седого и пробраться в круг, да еще по одному они притащили на своих плечах. Но все их усилия оказались напрасными, потому что трое спасенных вскоре умерли от потери крови. Оставшиеся двое еще дышали и Виста немедленно взялась за их перевязку, начав с широкоплечего бородатого мужика, чью грудь пересекала глубокая рваная рана.

Мстислав и Седой стояли рядом, тяжело дыша, и мерили друг друга взглядами.

— Сколько вас было-то? — немного отдышавшись спросил Мстислав.

— Тридцать пять! Все… закаленные… бойцы… — прохрипел Седой, с завистью глядя на молодого богатыря, уже почти восстановившего дыхание.

— Чем стоять, лучше выкиньте трупы из круга, пока не завоняли, — посоветовала им Виста. — Там их быстренько оприходуют!

Седой нахмурился, но ничего сказать не успел.

— Виста, не надо бы тебе так говорить, — возмутился Мстислав. — Мы похороним их завтра, как воинов!