Генералы выбирались из-за стола, прощались, расходились... Моя неудавшаяся знакомая глядела куда-то в мировое пространство. Вид у нее внезапно сделался невеселый... Я обошел стол, нагнулся к ней, потрогал ее по-прежнему холодную руку, легонько куснул за ушко и тихо сказал:

– Пока.

Ничего себе - сходил за хлебушком!

Из тяжелых раздумий меня вывел голос секретаря.

– Вас генерал Козлов, - значительно проговорил он, протягивая мне трубку радиотелефона.

– Слушаю, КсанПалыч - неприветливо произнес я.

– Привет, - жизнерадостно сказал трубка, - тут в одном месте брандмауэр7 нужен. Что посоветуешь? Только давай быстрее, а то я на двух телефонах...

– А шлагбаум не подойдет?

О, ужас, моя шутка странслирована во вторую трубку. Я молча ожидал результата.

– Нет, шлагбаум не подойдет. У тебя все?

– Да.

– Ну тогда пока. Возвращайся быстрее - ты мне нужен.

Нужен! Этот жизнерадостный надуватель мыльных пузырей забыл, что сам втравил меня в сегодняшнюю историю. Впрочем, КсанПалыч большой шутник. Вот на днях при мне позвонил куда-то и значительным голосом изрек:

– Алло, это генерал Козлов!

Потом небольшая пауза

– Не генерал кого, а генерал кто!

Хорошо! Я с трудом усидел на стуле.

Вот пошутил - так пошутил. Непонятно для кого это более обидно наверное, все-таки для меня.

Я отдал трубку секретарю. В ответ получил заполненное каллиграфическим почерком предписание. Опять медовая улыбка и бархатный голос:

– Спускайтесь, пожалуйста, вниз. Сейчас будет машина.

Я представляю себе эту машину! Но делать нечего. Я кивнул и двинулся вниз.

Отвратительного цвета уазик с зашторенными стеклами уже стоял внизу. Я протянул предписание водителю, открыл дверь и протянул в темноту руку, чтобы не шарахнуться о какое-нибудь железо.

– Ой, - женский голос с почти неуловимым, но характерным акцентом. Я довольно чувствительно ткнул ее в левое плечо. Сделав стандартное упреждение, я переместился влево от себя и ... плюхнулся точно на коленки сидящей в полумраке фемины. Но какие, однако, размеры!

Решаю взять инициативу в свои руки:

– Как тебя зовут?

– А мы уже на "ты"?

– Конечно, ведь я старше по званию.

По-видимому, аргумент показался убедительным. Почему я сказал такую чушь? Подсознание - и враг, и друг... Что бы сказал старик Фрейд? "Бывают и просто сны..." Нет, все просто - я коснулся знакомой ткани. Военной формы.

– Меня зовут Лела.

– Лейла? О Лейла, я твой Меджнун...

– Не Лейла, а Лела! Ты так и поедешь у меня на коленках?

– А что? Так будет гораздо удобнее.

– А в глаз?
– какие ласковые интонации!

– Не, в глаз тебе не с руки, вот в ухо... За драку с офицером знаешь, что бывает?

– Какая уж тут драка - дам разочек и все...

Вот уж правда, так правда - действительно уложит с одного удара. А может быть, она имела в виду не это...

– Кстати, ты слышала про такого художника - Бориса Кустодиева?

– А как же! Он последователь великого Пиросмани. Ты думаешь, я могла бы быть у него моделью?

А девушка явно непростая!

Решаю все-таки завершить скользкую тему, поднимаюсь с ее коленок и сажусь рядом на сиденье.

– Что же ты не спрашиваешь, как меня зовут?

– А мне Оксаночка уже все рассказала и велела за тобой смотреть. Ты ведь что-то ей обещал?

Оп! Девушка проговорилась. Значит, нас слушали. Все не так просто. Но не будем пока подавать вида.

– Ничего я ей не обещал...

Постепенно привыкаю к полумраку. Перед глазами вырисовывается орлиный профиль, длиннющие ресницы. Передо мной восточная дева дивной красоты ... в форме прапорщика. Невозможно оторвать глаз. Она это понимает, смотрит вниз, подрагивает ресницами и слегка улыбается. Встряхиваю головой.

– Докладывайте, товарищ прапорщик, для чего вы здесь?

– Товарищ капитан... или, может быть, просто Кот?

– Просто Кот.

– Я занимаюсь объектовкой8. Командирована посмотреть, как это делается на объектах действий подразделений особого риска.

– На объектах особого риска это делается так же, как и везде. А теперь, пожалуйста, правду. Кто должен был ехать со мной?

Положительно невозможно держать официальный тон. Какая коса! Гораздо... э...э... ниже пояса.

– Разве это важно? Поехала я и все.