Немного успокоившись, Светка разглядывала обручальное колечко, которое блестело на безымянном пальчике правой руки.

Кантона присел на корточки перед ней.

— Можешь жить в гостинице. Номер оплачен на две недели вперед.

— Когда ты вернешься? — наверное, в десятый раз спросила она и на её лице появилась вымученная улыбка.

— Через неделю, когда пройдут выборы. Ты за кого будешь голосовать?

— Ни за кого.

— Голосуй за Пантова или проиграешь, — пошутил он.

— Даже, если бы и очень хотела, то не смогла. В этом городе у меня нет прописки.

— Ну, мне пора. В два часа дня я должен быть в Москве, а в восемь вечера в Париже. — Он поднялся и надел пиджак.

— Можно я тебе провожу? — она с мольбой заглянула ему в глаза.

— Ну, мы же договаривались, Света! — И, заметив, что она вот-вот снова разрыдается, Кантона сдался, — Хорошо, собирайся. Только быстро.

Они прибыли в аэропорт за полчаса до отлета. В проходе, где заканчивалась регистрация билетов и вяло шел досмотр багажа, за исключением толстой тетки с многочисленными сумками и баулами, никого не было. Он нежно поцеловал Кляксу в губы и подал билет контролеру. Та, мельком взглянув в проездной документ расплылась в улыбке.

— А мы вас, месье Кантона, давно ждем.

— Меня? — изумился француз и, повернувшись, бросил удивленный взгляд на Светку. — Чем же обязан?

— Вы — пятидесятитысячный пассажир нашей авиакомпании.

К ним подошли несколько человек в летной форме. Седовласый мужчина в фуражке, представившийся генеральным директором, сделал жест в сторону бара:

— Служащие авиакомпании приглашают вас на небольшой фуршет по поводу юбилея, где вам вручат подарок.

Кантона, стесненный сумкой и дипломатом, даже не смог протянуть руки на неожиданное поздравление. В центре бара стояла краснощекая девушка в русском сарафане и держала поднос с фужерами и шампанским.

— Оставьте на время свои вещи здесь, — показал генеральный директор на стол, где производился досмотр багажа, — И пройдемте к фужерам.

Кантона скинул с плеча сумку и бережно положил на стол дипломат.

— А можно пригласить на фуршет мою невесту? — он снова оглянулся на Светку.

— Что за вопрос! — даже удивился седовласый, — Конечно, конечно…

Через минуту ему вручили в качестве сувенира огромную бутылку русской водки. Кантона сделал два глотка шампанского и поставил бокал на стойку бара.

— А мы не заставляем ждать пассажиров в самолете? — поинтересовался он, намекая, что всякой церемонии есть предел.

— Да-да, — улыбнулся руководитель авиакомпании, — Точность в нашем деле — прежде всего.

Они вернулись к месту досмотра багажа. Все та же девушка, которой он вручил свой билет, вежливо поинтересовалась:

— Месье Кантона, в декларации вы указали, что вывозите икону. Разрешите на неё взглянуть и предъявите справку-счет. Извините, за формальность…

Светка стояла рядом. Чувствуя, что начинает нервничать, Кантона достал бумажник и вынул из него справку, которую накануне принес ему Пантов.

Девушка взглянула в бумагу и с недоумением подняла глаза на юбилейного пассажира.

— Странно, — сказала она, — Но, как нам известно, этот антикварный магазин, закрылся два месяца назад.

— Что же вы думаете, я её сам себе выписал и печать поставил? — занервничал Пьер.

— Успокойтесь, месье. Я тоже думаю, что здесь какое-то недоразумение. Но в течение пяти минут мы все выясним. Одну секунду!

Она закрыла дипломат и скрылась с ним в комнате дежурного отряда милиции.

Светка взяла его под руку, и ему показалось, что невеста дрожит.

— Простая формальность, — прикоснулся губами к её носу Кантона, но и сам уже не мог скрыть волнения.

Девушка вышла из дежурной комнаты в сопровождении двух милиционеров. Но прежней улыбки на её лице Кантона не обнаружил.

— Вы сами покупали эту икону, месье? — спросил капитан милиции.

— Н-нет. Мне её подарили. — Он бросил взгляд на настенные электронные часы. До отправки рейса оставалось десять минут. — А в чем, собственно, дело? Я не опоздаю на самолет? В шестнадцать ноль-ноль из Москвы у меня уходит «Боинг» в Париж.

— С Парижем придется обождать, месье, — с сухой вежливостью ответил капитан, — Назовите имя человека, который подарил вам икону.

— Вы мне можете объяснить, что происходит? Ведь в ваших магазинах продается тысячи таких икон…

— К сожалению, не краденных.

— Икона краденая? — не поверил Кантона.

— Да, и третий месяц находится в розыске. К тому же, как вам скорее всего известно, она составляет национальное достояние страны и не подлежит вывозу за пределы России. А значит, можно смело говорить, что у вас в багаже обнаружен контрабандный товар. Так вы можете назвать фамилию и место жительства человека, который не пожалел столь ценного подарка?