Что-то она утаивала от него…

— Не знаю о чем?..

Стефани потерла лоб.

— Ты как-то ему признался, что недавно развелся с женой.

« О проклятье «.

— Это правда, — нехотя проворчал он.

Ее дыхание участилось.

— Ты с его матерью связан определенными обязательствами.

— Это нормальная ситуация. Я был ее поверенным два года назад и представлял в суде интересы Клея.

— Очевидно, он считает, что в твоей заботе о нем было нечто большее.

— Ну, и в какой мере?

Она выпрямилась и пристально поглядела на него.

— Имею ли я право сказать об этом прямо? Он хочет, чтобы ты опять стал его опекуном. Мальчик ждет не дождется ее приезда, чтобы она вышла за тебя замуж, прежде чем ты встретишь какую-нибудь другую женщину, — добавила Стефани уже тише, прежде чем слезть со своего импровизированного кресла.

Оглушенный свалившейся на него информацией, Гейб медленно пошел от нее прочь. Когда он наконец наткнулся на круп своего коня, Стефани уже оседлала свою кобылу и нетерпеливо ждала его.

— Я поговорю с Клеем, — едва слышно промолвил Гейб. Это было единственное, что он мог сейчас сказать.

— Далеко отсюда твои коровы?

— В получасе езды.

Гейб любил объезжать свои владения верхом и во время таких прогулок всегда ощущал радостное возбуждение и прилив сил. Но известие о том, что Клей тяготится пребыванием на ранчо, изменило его настроение.

Всю дорогу от реки к пастбищу оба молчали.

— Я вижу коров! О, погляди только на эти очаровательные создания!

Гейба передернуло от ее восторженности.

— Оригинальное замечание… Здесь одни стельные коровы. Ежемесячно каждая из них телится.

Он внимательно осматривал стадо, все пятьдесят голов скота, а коровы между тем мирно паслись, степенно прохаживаясь по лугу, или отдыхали, разлегшись на траве.

— Мне необходимо проехать через все стадо и проверить, не заболела ли какая-нибудь из коров.

Подожди меня здесь.

— Но мне тоже хочется на них полюбоваться…

Каждый раз, когда Стефани приближалась к нему, его сердце начинало учащенно биться. По его сигналу они вновь двинулись вместе. Если она и нервничала, то чуть-чуть и совсем этого не показывала. Наоборот, она выглядела восхитительно. И поневоле он любовался ею.

— Они всегда так открыто прогуливаются со своими малышками, как сейчас?

— Обычно да. Это порода техасских лонгхорнсов. Девяносто процентов коров из этого стада разрешаются бременем без чьей-либо помощи. Нам остается только позаботиться об оставшихся десяти процентах.

Не успев доехать до противоположной стороны стада, он заметил корову, разлегшуюся чуть поодаль, у самой изгороди.

— Гейб? — окликнула его Стефани. — Посмотри туда!

— Я вижу ее. Давай подъедем поближе.

Он пустил свою лошадь легким галопом, потом потихоньку спустился с пригорка. Стефани последовала его примеру. Они спешились у изгороди, привязали поводья к слеге и пошли к корове. Гейб встал на колени позади нее. Стефани присоединилась к нему.

— 0 — ох… она вот-вот должна отелиться!..

— Верно, — проворчал Гейб. — Видишь?.. Теленок никак не может вылезти на свет.

Стефани вопросительно посмотрела на него.

— Мы ничего не сможем сделать?

— Сделаем.

Гейб низко наклонился над телкой, схватил ее за полусогнутую ногу и что есть силы выпрямил колено.

— Если хочешь помочь, захватывай другую ногу.

Я потяну эту…

Стефани не колебалась. Вместе они принялись дергать телку за ноги. Потихоньку из ее брюха на свет стала выходить голова теленочка.

— Все, достаточно. Предоставим маме самой закончить ее почетный труд.

Несколько минут они безмолвно ждали.

Наконец Стефани тряхнула головой.

— Мне кажется, она очень устала.

— По-моему, да, — согласился он. — Давай еще немножко потянем…

Впрочем, на этот раз им не потребовалось прилагать много сил, чтобы корова разрешилась от бремени. Вскоре теленок уже лежал на траве и сучил ножками. Корова-мама подалась вперед, потянулась мордой к теленочку и стала его облизывать.