– Здесь творится история! – торжественно возвестил куратор, появляясь в эфире.– Шансы на успешное завершение операции растут как на дрожжах! Я вижу, смертный еще не приступил к процессу сборки деталей?

– Нет, – покосившись на ароматный таз, доложила Вторая.

– Отлично! – расцвел куратор.– Будем надеяться, что информация о специфической звериной коллекции не дошла на небо и наши конкуренты продолжают поиски похитителя «кота в мешке». Сейчас вы скоренько… что с тобой, Третий?

– Ммм… Таммм…

За окном мелькнуло неясное видение.

Дешевое серое стекло мягко разошлось в стороны желеобразными волнами под острым пальцем и тут же вернуло себе исходную форму, став значительно прозрачней и глаже. Только ангел способен доводить реальность до совершенства одним лишь прикосновением. И только ангел настолько наивен, что сунется в незнакомое помещение без предварительной разведки.

Туча белоснежной пыли, в которую превратился полевой работник Положительных, мягко внедрилась в наружную стену.

– Он не должен это увидеть! – простонал куратор.

В наушнике послышались мерные толчки. Кажется, наш административный руководитель силился выпрыгнуть из переговорного устройства и лично спасти ситуацию.

Накинуть на предметы покрывала мороков – дело плевое. Проблема в том, что ангел увидит комнату не человеческими глазами и таким примитивным способом его не проведешь.

Спасла Вторая. Сверкнув глазами, наша красавица задрала стройную ножку и молча пнула шкуру и тазик с расчлененкой под стол. Остолбенелый хозяин дома уронил челюсть на грудь. В следующий момент мне показалось, что у чертовки выросли несколько дополнительных рук. По крайней мере, она щелчком сшибла пробку с бутыли спирта, вылила часть ее содержимого в рот смертному, похлопала его по спине, вырвала из его рук тетрадь с заклинаниями, спрятала ее в собственный лиф, вытолкала нас взашей – и все это одновременно.

Появившийся в комнате ангел застал лишь легкий беспорядок и безобидного хозяина, икающего от переполняющих его чувств и алкогольных паров. Легкий смрад от припрятанного под столом набора «сделай сам» вполне вписывался в картину.

– Как тебе это удалось? – восхищенно спросил я напарницу, когда мы отсиделись «в кустах» и вернулись в комнату.– За одну секунду!

– Терпеть не могу наводить порядок, – призналась чертовка, извлекая из недр лифа помятую тетрадь с заклинаниями.– Поэтому предпочитаю выполнять эту работу максимально быстро.

– Вторая! – присоединился к нам куратор.– Благодарность от руководства филиала, детка! Ты просто спасла нас! Низкий поклон, дорогая! Уф! Прямо гора с плеч! А что смертный?

– Находится под легким наркозом! – доложил я, оттягивая закрытое веко глубоко спящего мужика.– Прикажете привести в чувство? Стереть часть памяти? Вступить в контакт?

– Положите его на кровать. Капсула на крыше? Пусть один из вас останется в комнате дежурным, остальные отправляйтесь в гостиницу и везите сюда пересмешника. Максимальная осторожность при транспортировке! На провокации не поддаваться! Быстрее решайте, кто будет стеречь клиента, и вперед!

Дежурить вызвался Третий.

К обязанностям сиделки при бессознательном теле он приступил столь рьяно, что легко мог бы заслужить почетную грамоту, если бы… если бы не перестарался.

Рецепт экстренного выведения из наркотического забытья по Третьему: заботливо поправить пациенту простынку – десять раз; взбить подушку, не убирая с нее головы пациента, – пять раз; пощупать пульс – пять раз; утереть со лба страдальца пот – не менее двенадцати раз.

Итог тщательного медицинского ухода не замедлил себя ждать – несчастный смертный, так и не приходя в сознание, тихонько охнул и обмяк, впав в забытье еще глубже.

Когда мы с чертовкой заглянули в комнату попрощаться, и без того слабое сердцебиение мужика практически угасло до нуля. Пока я пытался найти пульс, мои руки тряслись, словно у паралитика.

Тишина вместо пульса! Тишина, ангелы побери!

– Спокойно, Пятый! – подбодрила меня чертовка дрожащим голоском.– Все будет в порядке! Не нервничай!

– Ага, в порядке! Да этот слабонервный типчик уже помер!

– Спокойно! – настаивала на своем чертовка.– Душа пока не вылетела. Шансы есть!

– Но он не дышит!

– С чего ты решил? Просто глубокий обморок. Если поднести к губам зеркальце, оно запотеет, я уверена.

Естественно, маленького зеркальца под рукой не оказалось. Но наше отчаяние дошло до такого предела, что эти мелочи нас уже не останавливали. Подхватив тело с двух сторон под мышки, мы потащили его в холл и прислонили лицом к огромному настенному зеркалу в золоченой раме, стараясь как можно теснее прижать его губы к поверхности.

– Ну и что? – с отчаянием спросил я спустя минуту.– Запотело?