– Ограбить магазин? – иронически приподняла бровь Дарья-вторая.

– Почему ограбить? Я слетаю к себе домой, возьму деньги, они в ходу во всех хрониках, позвоню друзьям, у которых есть друзья в спецслужбах. Не пропадём.

– А можно, мы с тобой?

– Нет, лучше я мотанусь один, во избежание всяческих неприятных сюрпризов.

Станислав скрылся в ванной. О чём разговаривали девушки без него, он не слышал.

Вернулся, когда обе уже спали или делали вид, что спят, лёжа на кроватях без движения, под общим одеялом. Второе одеяло и вторую простыню они отдали ему.

Стас погасил свет, разделся, залез под одеяло, улегся на скрипучей раскладушке. Мысли бежали всё медленнее и медленнее, тревоги и заботы отодвинулись, лень было думать о будущем, строить планы, и даже мысль о Дарье недолго согревала душу. Через минуту он уснул.

Проснулся неожиданно, как от толчка. Показалось даже, что задрожала раскладушка.

Стас подхватился на ложе, прислушался к тишине гостиницы, тараща глаза в темноте. Потом почувствовал, что лежит не один!

Повернул голову.

Рядом лежала Дарья!

Каким-то шестым чувством он угадал, что это Дарья-первая, воспитательница детского сада.

Заполошно зашлось сердце.

Он потянулся к ней. Но тёплые пальчики толкнули его в грудь, коснулись губ, и он тихонько лёг рядом, присмиревший и ошалевший от неожиданного подарка.

Они обнялись.

– Ничего не говори, – шепнула она ему на ухо. – Спи.

Он покорно закрыл глаза, но думать ни о чём не мог, горячее дыхание Дарьи щекотало шею, горячее тело прижималось к нему, от неё умопомрачительно пахло фиалками, руки начали жить сами по себе, гладить её плечи, она напряглась, но промолчала, и тогда он осторожно поцеловал её, снежный обвал чувств рухнул на обоих, и они уже ни о чём не говорили, только ласкали друг друга, сдерживаясь, пытаясь делать это тихо, а потом Стас внезапно осознал, что он уже в ней, и рассуждать перестал совсем…

Опомнились век спустя.

Расслабились, тяжело дыша.

– Мы сошли с ума! – еле слышно шепнула Дарья.

Стас не ответил, пребывая в блаженстве.

– Как ты думаешь, Даша проснулась? – снова прошептала Дарья.

– Иди, мойся, – коснулся он губами её уха.

Дарья села, испуганно замерла от раздавшегося скрипа.

– Боже мой! Она же скрипит!

– Я ничего не слышал, – честно сказал он.

Дарья фыркнула, легла на него, зашлась от смеха. Он тоже беззвучно засмеялся, и они долго давились от смеха, пока на кровати не зашевелилась Дарья-вторая и проговорила сонно-недовольным голосом:

– Что вы там прячетесь? Предлагала же лечь на раскладушке.

Дарья-первая вскочила и тенью метнулась к ванной. Щёлкнула дверь. Раздался плеск воды.

– Извини, – поспешно сказал Стас, не чувствуя никакого раскаяния. – Мы не хотели тебя будить. Всё получилось спонтанно, как во сне.

– Больно скрипуч ваш сон. Будете ложиться?

– Нет, спи. Больше не повторится.

Дарья-вторая повозилась немного под одеялом, затихла.

Стас полежал несколько минут, улыбаясь неизвестно чему, потом тихонько встал, прокрался к ванной, стукнул пальцем в дверь, нажал. Дверь оказалась незапертой. Он проскользнул внутрь, наткнулся на Дарью, прижавшую к груди полотенце.

– Ты…

Он прижал палец к её губам, отнял полотенце, начал её целовать, и она ответила…

Вторая вспышка страсти была не менее острой и оглушительной, чем первая. Хотя пришлось моститься в крохотном помещении, где можно было расположиться только стоя.

Когда всё кончилось, они включили душ и стояли под струями воды до тех пор, пока не вернулась и способность размышлять.

– Мы сумасшедшие! – выдохнула Дарья, прижав ладони к щекам.

– Ну и пусть, – махнул рукой Стас. – Мы ничего ни у кого не крадём.

– Мы наглые и бессовестные!

– Наглость – это счастье, совесть – это роскошь.

– Ты жуткий авантюрист!

– С кем поведёшься, от того и наберёшься.

– Ах ты… – Дарья замахнулась на него.

Он перехватил её руку и зажал рот поцелуем.

– Как я теперь выйду? – спросила она после поцелуя непослушными губами.

– Ногами.

Она стукнула его кулачком в грудь, но Стас обнял её, и они затихли в поцелуе. Потом Дарья прошептала:

– Пусти… у тебя шрам на плече… от пули… как крестик…

– На мне заживает всё, как на кошке.

– Как ты думаешь, она всё слышала?

– Конечно, нет, она спала как сурок.

– Правда? – засомневалась девушка.

– Истинная правда. Купайся и смело выходи. Я соберусь пока.

– Что ты собираешься делать?

– Я уже говорил. Проберусь домой, возьму необходимые вещи, деньги и вернусь. Подождёте меня здесь.

– С тобой точно нельзя?

Он заглянул ей в глаза, отрицательно качнул головой, поцеловал в нос и вышел.

В номере горел свет. Дарья-вторая сидела на кровати в халате.