Эшли взяла их единственную машину. Поскольку Эмбер не могла позволить себе дополнительные расходы, она избавилась от своего мобильного телефона. И хотя она могла позволить себе еду, она не хотела тратить свои средства, зная, что летом будет труднее, поэтому она брала дополнительные обеды в школе.

В течение трех месяцев она была матерью. Она несла бремя, которое никогда не должно было лечь на ее плечи.

— Она может ночевать у меня, — предложил Ронан. — Я подумал, что было бы проще, если бы она жила по соседству. И недалеко от дома опекунов.

— Хорошая идея.

— Не возражаешь, если я перенесу кое-какие вещи в твой шкаф?

— Вовсе нет.

Он обнял меня на мгновение. Мы просто стояли, прижавшись друг к другу. Это было неотъемлемой частью каждого дня. Мы сошлись и просто крепко держали друг друга.

— Что сказала Эмбер, когда ты ей рассказал?

— Она еще не знает.

Я рассмеялась.

— Так ты просто привезешь ее?

— В общем-то. Мне не хотелось вступать в спор. Я пошел и вытащил все приличное из того гребаного трейлера. — Он покачал головой. — У меня было искушение сжечь все остальное дотла.

— Тогда где Эмбер?

— В офисе с Гертрудой.

— Ах. — Я кивнула. Ронан дал ей работу после школы в офисе, помогать Гертруде с уборкой и оформлением документов.

— Забирать было особо нечего, — сказал он. — Привез все за один раз. Все остальное — мусор. Я не хочу, чтобы она снова возвращалась в то место.

— Я тоже не хочу.

— Есть какая-нибудь информация об Эшли? — спросила Керриган.

Ронан провел рукой по волосам.

— Ничего. Копы ищут ее, но она давно исчезла.

Власти допросили Эмбер по поводу исчезновения ее матери, но она не знала, куда делась Эшли. Ронан сказал мне, что угроза жизни ребенка означает тюремное заключение, денежный штраф или и то, и другое, так что я сомневалась, что Эшли сообщила бы кому-нибудь о своем местонахождении. Сука.

Как могла мать бросить своих детей? У меня просто не укладывалось в голове.

Эшли не оставила записки. Она ничего не сказала Эмбер. Однажды она была в трейлере. На следующий день она исчезла вместе с машиной и всеми своими вещами. Через месяц Эмбер поняла, что Эшли не вернется. К тому моменту она уже начала по-матерински заботиться о мальчиках. Затем она начала разрабатывать свой грандиозный план.

Выпуститься. Переехать в студенческий городок, чтобы они все могли продолжать ходить в школу. Этот план зависел от того, получит ли она стипендию.

В обоих государственных университетах были предусмотрены стипендии для первокурсников с образцовой успеваемостью. Вот только Эмбер пропустила время подачи заявок, без сомнения, потому, что была занята воспитанием мальчиков-близнецов.

Поэтому она искала другие возможности. Она нашла три частные стипендиальные программы, срок подачи заявок на которые истекал в июне. Если бы она смогла получить все три, то смогла бы позволить себе оплачивать обучение. Чтобы оплатить расходы на проживание, Эмбер планировала устроиться на работу и снять дешевую квартиру для себя и своих братьев.

Она все предусмотрела в бюджете. Она рассчитала каждый пенни, от коммунальных услуг до продуктов питания, зимних пальто и новых спортивных ботинок для мальчиков. Для Эмбер ее план был безупречен. Вплоть до того дня, когда я поставила ей тройку с плюсом.

Она была так поглощена, так сосредоточена, что простая оценка привела ее в замешательство. Эта оценка стала ее навязчивой идеей. Ее отчаянием.

Криком о помощи.

Я была просто рада, что Ронан услышал его.

— Ты изменила ее оценку? — спросила Керриган.

— Нет. Я бы так и сделала, но как только мы выяснили, почему она так отчаянно этого хотела, ну… это уже не имело значения. — Я похлопала Ронана по животу. — С этого момента она участвует в стипендиальной программе Ронана Тэтчера.

Ронан усмехнулся.

— Попомни мои слова. Эта девушка получит диплом юриста и будет работать на меня.

Если она захочет стать юристом, он сделает все, что в его силах, чтобы это произошло. Включая оплату ее образования.

Несколько дней назад она была у нас на ужине. Мы старались держаться к ней поближе, особенно в те вечера, когда она не навещала своих братьев.

Пока Ронан жарил бургеры, Эмбер переживала из-за одного из заявлений на стипендию, и когда он сказал ей успокоиться, потому что оплатит ее обучение в колледже, у нее случился еще один эмоциональный срыв.

Он подвел ее к креслу во внутреннем дворике и просто сидел, обняв ее за плечи, пока она плакала.

— Это просто несправедливо, — сказала Керриган. — Ни у одного подростка не должно быть столько поводов для беспокойства.

— Согласна. — Я глубоко вздохнула, снова переводя взгляд на стол Эмбер.