А впрочем, хрен редьки не слаще.

Впрыгнув в джинсы и наскоро плеснув в лицо водой, я выскочил в коридор, на ходу натягивая футболку и пытаясь не выронить ножны с мечом.

— ОБЩИЙ СБОР В ГОСТИНОЙ! НЕМЕДЛЕННО! — рявкнул я на весь дом усиленным магией голосом.

Через секунду из своей комнаты выкатился Пётр Александрович — босиком, в одних трусах, но уже с пистолетом в руке. Его взгляд, в котором не было и намёка на сон, просканировал коридор в поисках угрозы.

— Что случилось? — спросил он.

— Задымление, — бросил я, уже сбегая по лестнице. — Вероятно, где-то неподалёку пожар.

Безопасник кивнул и исчез в своей комнате, чтобы одеться.

?

Через пару минут в гостиной собрались все. Первым прибежал Артём в пижаме, за ним подтянулась заспанная, но уже одевшаяся Катя. Следом пришла мать в домашнем халате, но с идеальной причёской на голове, и последней — Лера с косметичкой, на ходу подкрашивая второй глаз.

Я коротко обрисовал ситуацию:

— Да, может, ничего страшного, но в такую сушь любой пожар опасен. Так что лучше перебдеть, чем недобдеть.

— Но что мы можем сделать? — удивилась мама.

— Лер, посмотри новости в сети, быстро! — скомандовал я, одновременно пытаясь дозвониться до пожарной службы.

Длинные гудки, потом автоответчик: «Все операторы заняты…»

— Чёрт! — я сбросил вызов. — Линии забиты.

Что такое должно произойти, чтобы настолько перегрузить диспетчеров пожарных?

— Смотри! — Лера уставилась в телефон. — Лесные пожары разгорелись ещё сильнее. В городе паника, на выездах пробки. Люди с сумками штурмуют автовокзал.

Спустился одетый в полевую спецовку Пётр Александрович, на ходу что-то обсуждая по телефону. Слушал, хмурился, задавал короткие вопросы.

— А что говорят официально? — спросил я у Леры. — Это тот пожар распространяется?

— Да, — она подняла на меня испуганные глаза. — Но власти просят не волноваться, ситуация под контролем, и городу ничего не угрожает.

— А нам? — тихо спросила мать.

— Кто ж про нас в новостях напишет? — усмехнулся я.

— Наши тоже толком ничего не могут выяснить, — сообщил Пётр Александрович. — Такое впечатление, что во всей губернии никто вообще не в курсе, что происходит.

Я снова глянул в окно. Ветер, кажется, усилился, а дымка, наоборот, стала плотнее.

— Раз ничего узнать не удаётся, поеду на разведку, — решил я. — Нужно увидеть своими глазами, что там происходит. Всем остальным — приготовить самое необходимое на случай эвакуации.

— Илья, ты уверен, что тебе надо ехать? — взволнованным голосом спросила мама.

— Уверен, — кивнул я. — Лера, всё время пробуй дозвониться до пожарных, если получится — сообщи мне. И за новостями тоже следи.

Мать с Лерой переглянулись, синхронно кивнули и молча пошли на второй этаж собирать вещи.

С улицы зашёл Прокопыч.

— О, как удачно! — я протянул к нему руку. — Дай, пожалуйста, рацию.

— Конечно, Ваше Сиятельство, — он отдал её мне.

Я нажал на кнопку вызова:

— Тихон, приём.

— На связи, Ваше Сиятельство, — раздался бодрый голос Тихона.

— Дым видишь?

— Вижу, с самого утра тянет. Нехорошо это, но мы вас беспокоить не стали. По радио говорят — сохранять спокойствие.

Я усмехнулся:

— Думаешь, случись что, они бы сказали паниковать? Я еду узнать, что там и как. А ты готовь деревню к возможной эвакуации. Только спокойно готовь — документы, самые необходимые вещи.

— Понял, Ваше Сиятельство. Будет сделано.

Тихон отключился. Я вернул рацию Прокопычу.

— Вы с Марфой тоже собирайтесь, — напутствовал я его и бегом направился к пикапу.

?

У машины меня уже ждала Катя, одетая в те самые джинсы и футболку, купленные вчера на рынке.

— Ты что тут делаешь? — бросил я ей.

— Еду с тобой, конечно, — заявила она. — Я всё же Демидова. Пригодится, если надо будет на кого-нибудь надавить. Свои вещи я собрала, если что.

Хм… а она права так-то.

Тут из дома, перепрыгивая через ступеньки, вылетел Пётр Александрович. Он подбежал к нам с озабоченным лицом.

— Екатерина Владимировна, — обратился он к Кате, но смотрел при этом почему-то на меня. — Вы должны остаться в усадьбе. Это не обсуждается.

— А я обсуждать и не собираюсь! — вскинулась княжна. — Это мне решать!