— Тащите коконы сюда, — обрадованный Демин отвязывал привязанные к дорожному мешку мешки обычные. — А вы говорили, мол, зачем беру. Запас, он лишним не бывает.

— Ежели карман не тянет, — возразил Василий.

Демин на него только рукой махнул, достал большой флакон и неожиданно кисточку, которой и принялся усердно «прокрашивать» все коконы, что должно было помочь им добраться до покупателя.

Смотреть на это было интересно только первые пару минут, потом я отвлекся, подошел к лапе, стукнул по пластине, отозвавшейся мелодичным звоном, и решил, что они мне нужны. Все, сколько смогу отковырять и утащить.

— Не надоть, чтобы куски музыкантши видели, — очнулся от своих действий Демин.

— Это с таким же успехом могут быть и куски механизмусов, — возразил я.

Демин недовольно посопел и неожиданно выделил мне целый мешок, который у него раньше был обмотан вокруг талии. И защита, и запас тары — многофункциональная штука. Ему точно запас карман не тянет.

Видя, что я собираюсь заполнить мешок, Василий предложил свою помощь в отковыривании с тем, чтобы я начал заряжать его артефакты. Я предупредил, чтобы ломаные не брал, уселся на землю и сосредоточился на заполнении артефактов энергией. В артели Демина больше никого с магией не было. Раньше к ним входил еще Мазин, но он, как я понял, в зону ходил редко, зато снабжал артельщиков артефактами. Скорее всего, это было не полное членство, а обход запрета торговли артефактами для недипломированных мастеров. Степан, судя по тому, что я видел в доме, и по отзывам знавших его людей, специалистом был не из последних. А что диплом у Коломейко не получил — так не по своей вине. Я вон тоже начинаю опасаться, что останусь без оного. Хорошо хоть для занятий механикой никаких бумаг не нужно.

Василий заполнил деминский мешок пластинами так, что я с трудом смог завязать. Сам же мешок оказался не очень тяжелым, но звенел, зараза, при каждом движении, как будто я не маг, а человек-оркестр. Вовремя вспомнив, что у меня есть с собой зелье, которым я могу нарисовать руну тишины, я исправил излишнюю собственную громкость. Теперь ничего не громыхало даже при прыжках.

— Смотрю, ты загадками набит, как этот мешок — железяками, — заметил Демин.

— Есть немного, — скромно ответил я. — Но я не обо всем могу говорить, уж простите.

— У благородных свои заморочки, — понимающе прогудел Матвей. — Хотя вот не сказал бы, что ты из них, сам бы я не догадался, потому что ты нормальный. Не то что тот же Верховцев. И руками можешь работать, а это дорогого стоит.

— У меня сложности с родственниками со стороны отца, — уклончиво ответил я. — Так как, возвращаемся или Егор Ильич еще не все контейнеры заполнил?

— Возвращаемся, — грустно сказал Демин. — Контейнеры закончились. Эх, кабы знал, еще пару прихватил бы. Все, артефакт отключаю, а то он и сам скоро сядет. Руки в ноги — и вперед. Петр, незаметность не отключай до границы.

Я только кивнул и еще пару раз подпрыгнул, чтобы быть уверенным: ничего не вовремя не начнет звенеть, хрустеть или шуршать.

Демин артефакт отключил, после чего мы не бегом, но очень быстрым шагом направились к Дугарску. На пути никого особо опасного не попадалось, потому что возвращались мы фактически по той же дороге, по которой шли сюда, где мы вычистили все, что смогли. Поэтому обратная дорога заняла у нас всего лишь около двух часов.

Стоило выйти из зоны, как я сразу отключил незаметность, чтобы нужный мне навык потихоньку пришел в себя.

— Значится так, — скомандовал Демин. — Всем говорим, что вернулись раньше из-за ран Василия, а в мешках — железяки для Петра. Мол, решили, раз уж порожняком возвращаемся, помочь механику.

— Не сильно-то похожи мешки с коконами на то, что в них железяки, — неуверенно возразил Тихон.

— Одежей проложили, чтобы не гремело, — отмахнулся Демин. — Эт все ерунда. Про музыкантшу, главное, не трепаться ваще. Нужно думать, куда с нее взятое пристраивать-то.

Он вздохнул и погрустнел настолько, что стражник на въезде в Дугарск сразу поверил, что поход у нас сегодня не задался, и решил подбодрить главу артели:

— Егор Ильич, брательник ваш приехал, вот буквально с час назад.

— Да ты че, — расцвел от счастья Демин. — А я его как раз ждал. Он нам кое-чего привезти должон.

Так что мы все дружной толпой потащили контейнеры к Демину. Кристаллы я все решил выкупить — даже если в минус уйду, то ненадолго, а с музыкантши непременно должно было что-то интересное свалиться.

Макар Ильич куковал возле ворот, потому что в отсутствие хозяина его баба никого в дом не пускала и вообще, когда выглянула во двор, посмотрела на нас на редкость неприветливо, но пошла заниматься баней.

— Вредная она у тебя, Манька-то, — попенял брату Макар Ильич. — Гнал бы ты ее поганой метлой. Деньгу тянет и выкаблучивается.

— А кто за домом присмотрит, пока нас нет? — отрезал Демин. — Ниче, повыкаблучивается и утихнет.

— Петр, смотрю, к вам пошел?

— Учим помаленьку. Мож, и толк от него будет, — ответил Демин.

Мужики заулыбались, а я подошел ближе к Макару Ильичу и, пока остальные сдавали контейнеры, еще раз поблагодарил деминского брата за помощь. Ведь не встреться он мне на дороге — все повернулось бы совсем по-другому. Макар Ильич смущаться не стал, а предложил опять помочь в разгрузке телеги. Я и не отказал. Почему бы не помочь хорошему человеку?