Вампс засмеялся. "Да, это действительно было так, не так ли? Если бы ты не надрал задницу в конце, мы бы не справились. Ты был гангстером".

Гиндж улыбнулся. "Я был, не так ли? Я заставил тебя... гордиться? Я..." Его губы перестали двигаться, а глаза, казалось, изменились. Жизнь, за которую он цеплялся, покинула его.

Вампс ласково провел рукой по лицу своего друга. "Да, Гиндж, ты заставил меня гордиться тобой. Надеюсь, что прежде чем я присоединюсь к тебе, я тоже смогу гордиться собой".

Что-то среди обломков сдвинулось в сотне метров от него, нарушив последние мгновения общения Вампса с братом. Джон, мать его, Виндзор.

Премьер-министр выбрался из груды металла и кирпича и отряхнулся. Он был покрыт кровью не меньше, чем кирпичная кладка, но его конечности были целы. Когда он увидел, что Вампс сидит и смотрит на него, его глаза расширились, но он не подошел. Вместо этого он бросился прочь. Некоторые из его людей тоже были еще живы, потрясены и оглушены, но все еще были на службе. Они собрали премьера и вместе построились для быстрого отступления. Вампс подумал о том, чтобы погнаться за ними, но он слишком устал и еще не был готов оставить своего друга.

Что-то еще двигалось среди обломков. Что-то ближе.

"С Гинджем все в порядке?" крикнул Месс с того места, где он все еще лежал.

Вампс встал, посмотрел на своего друга и покачал головой.

Месс громко выругался, потом замолчал. Вампс не был уверен, но ему показалось, что его последний оставшийся друг, возможно, плачет. Но больше всего его беспокоило движение среди обломков. Вампс был уверен, что демоны ушли, но оставалась ли еще опасность? Каким-то образом, бросив Толкача через ворота, он взорвал их. Там были и другие выжившие люди, понял Вампс. Они лежали среди обломков, боясь пошевелиться. Но что-то все-таки двигалось.

Человек.

Хотя он был зажат под обломками, он не был покрыт ни кровью, ни пылью. Он был невредим. Одетый в потрепанные одежды, больше подходящие для Ближнего Востока, чем для Лондона, мужчина смог встать прямо и встретиться взглядом с Вампсом.

"Кто ты?" потребовал Вампс, осматривая странного арабского мужчину, стоявшего перед ним в развалинах.

Мужчина растерянно огляделся вокруг, похоже, не понимая, где он находится. Тем не менее, он взглянул на Вампса и ответил. "Меня зовут Аймун, друг мой, и хорошо, что я здесь".

Вампс нахмурился. "Почему?"

"Потому что я знаю, как убить великанов".

Рик Бастион

Измученные и больные, оставшиеся в живых маршировали по автостраде. На этот раз они шли на юг, и их не сопровождали демоны. Они освободились от рабства, и воспоминания об этом подстегивали их. Существует ли в Портсмуте хоть какое-то подобие безопасности, никто из них не знал, но наличие цели не давало им расслабиться.

Всего их было пятьдесят семь человек. Не армия, конечно, но хотя бы зачаток армии. Как демоны путешествовали по землям, собирая потерянные души, так и Рик со своими спутниками собирали тела, как катящийся камень собирает мох. Их число будет расти.

В течение последнего часа, с тех пор как Рик отправился в путь с того места, где закрыл врата, Кит и остальные держались от него на расстоянии. Это был уже не тот человек, которого они знали. Он был чем-то другим - возможно, даже уже не человеком. Дэниел оставил часть себя в Рике - изменил саму его душу, и это нервировало остальных, но Рик знал, что умирающий ангел наделил его даром. Дэниел был хорошим, в этом не было никаких сомнений, и что бы он ни сделал с Риком, он должен был помочь им всем.

Рик понятия не имел о своих новых способностях, но он справился со Смотрителем и закрыл Врата. Он мог делать то, что не под силу ни одному человеку, и по этой причине он знал, что он важен. Его судьба больше не была его собственной. Его тело принадлежало окружающим его людям, и его сила должна быть направлена на благие цели. Он больше не мог думать только о себе или о близких ему людях. Пришло время начать сопротивляться. Пришло время дать отпор в более широком масштабе. Оглянувшись на усталую толпу позади себя, Рик понял, что война только началась. И он стал лидером.

А лидеры могут как проигрывать битвы, так и выигрывать их, и из-за его решений будут гибнуть люди. Вопрос только в том, сколько и за что?

Рик никогда не чувствовал себя таким одиноким, даже в алкогольном изгнании своей прежней жизни. Его брат теперь едва мог смотреть на него, а Мэдди - единственный человек, который заставлял его хоть что-то чувствовать, - боялась его. Сможет ли он когда-нибудь снова быть близким с другим человеком?

Дорога впереди была длинной, а конец неизвестен, но Рик был готов ко всему, что его ждет. Он надеялся, что другие тоже будут готовы. В его голове прозвучала первая строчка любимой песни, и слова были зловещими.