— Ирен, — позвал я, — есть идеи?

Она обошла повозку кругом, внимательно изучая ситуацию.

— Если бы здесь была Лейланна, она могла бы просушить дорогу магией огня или заморозить грязь, чтобы создать твёрдую поверхность, — задумчиво проговорила она. — А так… нужна грубая физическая сила и правильно приложенные усилия.

Я кивнул и подошёл к возничему.

— У вас есть прочные канаты?

— Да, господин, несколько хороших пеньковых.

— Отлично, — я оглянулся на людей из каравана. — Все, кто может держать лопату, отправляются подкапывать колёса. Нужно убрать грязь, которая их заблокировала. Остальные готовят канаты.

Следующие полчаса превратились в настоящую битву с природой. Люди по очереди ползали под повозкой, выгребая липкую глину голыми руками и импровизированными лопатами. Грязь липла ко всему, что можно, затекала за воротник, под рукава, набивалась в сапоги.

— Так, теперь канаты, — скомандовал я, когда колёса оказались относительно освобождены.

Мы закрепили толстые пеньковые верёвки за задние опоры повозки, протянув их к нашим коням, и добавили к упряжке двух лошадей охранников.

— По моей команде! — крикнул я. — Раз, два… взяли!

Кони рванули вперёд, натягивая канаты до предела. Повозка скрипнула, шевельнулась… и снова увязла.

— Ещё раз! — пот заливал глаза, несмотря на прохладную погоду. — Дружнее!

На этот раз несколько человек толкали повозку сзади, упираясь плечами в борта. Жижа хлюпала под ногами, но повозка медленно, со скрипом и стонами начала выбираться из западни.

— Есть! — радостно выкрикнул кто-то из торговцев.

Ещё одно усилие, и повозка с чавканьем вырвалась из грязевого плена, покатившись по более твёрдому участку дороги.

Чуть в стороне, скрестив руки на груди и с видом вселенской скорби на лице, на собственном хвосте сидела Триса. Её тело прикрывало лишь тонкое хлопковое платье, и это при том, что утренний морозец ощутимо кусал за щёки. Огромный, уже явно предродовой живот резко выделялся на фоне в целом стройной фигуры.

Чёрт, хоть она и провела в дороге не одну неделю и выглядела, мягко говоря, потрёпанной, всё равно натянул поводья и на секунду замер. Просто смотрел на неё, на эту невероятную русалку. Память не передавала и десятой доли того, насколько красива Триса.

Глаза цвета морской бездны, как и её длинный, мощный хвост. Волосы бледные, зеленовато-голубые, точь-в-точь морская пена на гребне волны, аристократически-бледная кожа, как у Ирен. Видимо, сказывалась жизнь под водой, где солнца почти не бывает.

Я помнил её почти нереально стройной, и даже сейчас, с огромным животом, её фигура не потеряла своей грации. Не мог не отметить и то, что её и без того пышная грудь стала ещё больше.

Но главное — она вся светилась каким-то особым внутренним светом, и от осознания, что она носит моего ребёнка, её красота становилась просто ошеломляющей.

— Триса! — взвизгнула Ирен, соскальзывая с седла и бросаясь к ней. Она крепко обняла мокрую и взъерошенную русалку. — Надо же! Проделать такой путь из самого Кобрана и застрять прямо у нашего порога! Считай, повезло.

— К чёрту повозку, слава Богине, это путешествие закончилось, — выдохнула Триса, обнимая Ирен в ответ. — Ненавижу трястись по дорогам.

Ещё бы! Учитывая, что ей пришлось ехать в тесном баке с водой, тут кого угодно возненавидишь.

Взгляд Трисы метнулся ко мне. Она тут же отстранилась от Ирен, её бледные щёки залил румянец, и она принялась судорожно приглаживать растрепавшиеся волосы.

— Ирен, зачем ты его притащила?! — яростно прошипела она. — Могла бы и предупредить, я бы хоть в порядок себя привела!

Я спешился и подошёл ближе.

— Если ты так выглядишь после нескольких недель адского путешествия, то я боюсь представить, какая ты в обычной жизни. Наверное, просто ослепительна, — я взял её тонкую руку и коснулся губами тыльной стороны ладони. — Добро пожаловать в Мирид, Триса. Я очень рад тебя видеть.

Румянец окрасил её щёки ещё гуще.

— А ты стал куда увереннее в себе с нашей последней встречи, — заметила она.

Мия, подошедшая следом, рассмеялась и тоже обняла русалку.

— Это побочный эффект, — подмигнула она. — Когда у тебя несколько невест и любовниц, которых ты регулярно осчастливливаешь, уверенность растёт сама собой.

Я почувствовал, как теперь уже мои щёки начинают гореть.

— Может, оставим пока фургон? — поспешно сменил я тему. — Отцепим лошадей и поедем в поместье. Уверен, вы обе мечтаете о горячей ванне и нормальной постели.

— Конечно, — кивнула Триса, откидывая со лба прядь волос цвета морской пены. Она посмотрела на меня почти смущённо. Сидя на хвосте, она была ростом почти с Зару. — Можно я поеду с тобой, Артём?