— Тс-с, — мягко сказала Зара. — Я с нетерпением жду много веселья в будущем, но сейчас давайте просто насладимся этим моментом.

Предложение показалось мне идеальным. Я с удовлетворением устроился в своей знакомой постели, прижимая к себе Макса и любуясь прекрасным личиком мирно спящего сына.

Я наконец дома!

Две недели спустя.

Я сидел в гостиной в одном из мягких кресел у камина и нервно тянул глинтвейн. По всему дому разносились вопли Лилии. Она рожала и, как положено кошке, оповещала об этом всех в радиусе слышимости.

Напротив устроился Илин, Ванесса и Карина делили диван. На другом со смущённым и несколько растерянным видом сидел Владис. Я его позвал, чтобы обсудить новую группу, а он внезапно угодил на семейное мероприятие. Ещё несколько подруг Лилии из беженцев, что пришли поддержать её, толпились тут же.

Все женщины в доме принимали посильное участие в волнительном событии: кто-то помогал с родами, кто-то просто стоял рядом. Я сунулся было с вопросом, чем помочь, и мне вежливо, но твёрдо велели ждать в другом месте. Похоже, это стало моей постоянной ролью при рождении моих детей. На Валиноре это дело сугубо женское, мужикам тут не место.

Разговаривать не хотелось, оставалось только сидеть, ждать и думать. Мысли сами собой потекли к другим женщинам, которые носили или носят моих детей. Кто-то по обоюдному согласию, кто-то из-за моей дурацкой плодовитости. Цифра выходила такая, что на Земле вызвала бы шок, да и здесь заставляла удивлённо присвистнуть, хотя скорее с одобрением.

Если прикинуть по срокам, то сейчас, кроме Лилии, должна была родить ещё и Елена из Хасмадеи. Оставалось надеяться, что она даже не догадывается, чей это ребёнок. Я ведь прервал процесс, а о моих «особенностях» она не знала. Дело вовсе не в том, что мне хотелось бы уйти от ответственности, наоборот, я беспокоился о ребёнке, но просто не представлял, как тут можно что-то сделать, не разрушив окончательно их и без того трещавший по швам брак с Бернардом и не подставив под удар остальных детей. Надо, наверное, посоветоваться с Ирен, может, у неё найдётся какая-либо светлая идея?

Впрочем, это всё потом. Сейчас все мысли были там, наверху, где моя кошкодевушка прямо в эту минуту рожала нашего ребёнка.

Время тянулось как резина, казалось, прошла вечность, дольше, чем на всех предыдущих родах. Может, просто потому, что сидел в напряжённой тишине? Наконец вопли наверху сменились чем-то другим, смесью боли и облегчения. Все в комнате оживились. Я вскочил, едва не уронив бокал, и весь обратился в слух.

Тишина. Прошла ещё одна вечность, которая на деле, наверное, длилась минуты две-три, потом в комнату ворвалась Ирен, вся сияя.

— Поздравляю, любимый, — сказала она, обнимая меня и прижимаясь к груди. — У тебя дочка. Мы решили назвать её Анной.

Я выдохнул с облегчением, которого сам не осознавал, и крепко обнял свою невесту. Остальные тут же обступили меня, хлопали по спине, жали руку. Я едва их замечал, улыбаясь, как дурак и глядя на лестницу.

— Можно её увидеть?

— Скоро, — спокойно ответила Ирен. — Лилия хочет прийти в себя и покормить малышку. Где-то через час.

Это и понятно, но разочарование всё равно слегка кольнуло. Жутко хотелось увидеть свою новую дочь, обнять Лилию и сказать ей, какая она молодец.

Илин усмехнулся, заметив выражение моего лица.

— Это недолго, друг мой. Вполне разумное ожидание.

— Да, — согласилась Ванесса с тёплой улыбкой. — Большинство отцов не рвутся в родильную палату сразу после, рискуя увидеть то, чего видеть не хотели бы. Да и мать предпочтёт обойтись без зрителей. Роды — процесс прекрасный, но… грязноватый.

— Вот этого я точно слышать не хотел, — поспешно встрял Владис, поднимаясь. — Некоторые тайны с радостью оставлю женщинам. Пойду проверю свою лошадь.

Ирен снова упорхнула наверх, а я откинулся в кресле и достал книгу, просто чтобы чем-то занять руки. Час ожидания казался пыткой. Хорошо бы иметь нормальные часы, чтобы хоть как-то отмерять время. Здесь, в Бастионе, с часовщиками туговато, а заказ в столице Харалдара — дело долгое и дорогое. Впрочем, я его всё же сделал, ждать посылку оставалось ещё несколько месяцев.

Я поймал себя на том, что просто пялюсь в страницу, а на самом деле прислушивался к каждому шороху наверху. Поэтому вздохнул с облегчением, когда через некоторое время пришли Зара, Белла и Самира, принеся с собой Глорию и близнецов.

Я пересел к ним на диван, по очереди тиская своих малышей, пока невесты наперебой уверяли меня, что с Лилией всё в порядке, а дочка — просто прелесть.

Не мог дождаться, когда увижу её сам.

С детьми время пошло быстрее, и наконец спустилась Амализа, чтобы сказать, что Лилия готова меня принять. Мои невесты пошли со мной, прихватив детей, чтобы знакомить с новой сестрой.

Лилия полулежала на подушках, измученная, но светящаяся от счастья, держа в руках маленький свёрток в мягком одеяле. Она с гордостью посмотрела на меня.