Шрифт:
— Кем работает твой отец? — задал дежурный вопрос, медленно идя вперед и увлекая девушку за собой.
— У нас магическая лавка. Он купец второй гильдии, — ответила девушка.
А это уже интересно. На ловца и монстр бежит. Мне как раз нужен торговец, который может достать редкий товар и не будет задавать лишних вопросов.
Надо заглянуть к отцу Антоновой. Все лучше, чем «пытать счастье» непонятно где.
Я быстро пояснил, что мне надо, разумеется, без подробностей. Марина широко улыбнулась и бодро сказала:
— Отлично! Отец все для тебя сделает. Тем более, что наша семья перед тобой в долгу.
— Марина, — строго посмотрел на нее. — Мы же закрыли тему. Я заплачу рыночную стоимость за товары, подарков и скидок не надо.
— Ясно, прости. Вы сами тогда об этом поговорите, — ответила красотка и замолчала.
Затем сменила тему, спросив, где я живу, чем занимаюсь и все, что обычно спрашивают при знакомстве.
Мы шли по городу, беседуя обо всем, наслаждаясь ласковым летним ветром и теплым солнцем. Вдруг Марина остановилась, растерянно сказав:
— Кажется, мы пришли.
Лавка ее отца была в старом трехэтажном доме. Он был довольно красивым, смотрелся слегка мрачновато, но при этом величественно. Этакий музейный экспонат с ржавой железной крышей и лепниной на стенах.
— Отлично. Давай зайдем вместе, — предложил девушке. Думаю, в этом нет ничего плохого. К тому же, мне действительно нужно по делу.
— Да, я представлю тебя отцу, — кивнула Марина, выдержав небольшую паузу.
Вдруг к лавке подошли странные люди. Несколько крепких мужчин. Причем, это явно не покупатели.
Во-первых, лица у них такие, с которыми мало кто идет за покупками. А во-вторых, покупатели не открывают двери с ноги…
Глава 6
Я взглянул в бледное лицо Марины, и сомнения точно развеялись.
На лавку ее отца кто-то напал. Причём, судя по поведению, это были «царьки» местного розлива. Демонстративно ударили дверь, так ещё не скрывали лица и действовали средь бела дня, не боясь быть замеченными.
Всегда таких не любил. Отрывки памяти первой жизни говорят, что я часто ставил на место подобных личностей.
— Господи, это опять они! — выдыхает девушка, с трудом подбирая слова. Ее глаза наполняются слезами, а губы дрожат.
— Не волнуйся. Мы сейчас разберемся. Я знаю, как с такими бороться, — говорю успокаивающим тоном и беру нежную руку Антоновой, показывая свою поддержку.
— Ты не понимаешь, они сумасшедшие. Хуже тех… которые ко мне приставали. Это совсем бандиты! — тараторит девушка, вероятно, боясь за отца.
— Если так, то звони в полицию! — твердо чеканю я.
— А разве это сработает?
— Разумеется. Я пока посмотрю, что к чему, и отвлеку этих психов, — добавляю, делая максимально решительное лицо, и стараясь не рассмеяться.
Ага, полиция. Можно еще мамке пожаловаться… Но мне нужно чем-то отвлечь Марину, пока буду общаться «по душам» с этими скотами.
Марина смотрит по сторонам, наверняка понимая, что это единственный выход. Потом достаёт смартфон и отходит.
Я быстро врываюсь в лавку, подоспев как-раз вовремя.
Типичное торговое помещение с высокими стеллажами, уставленными различными склянками и предметами. По углам стоят образцы товаров, на стенах висят различные виды холодного оружия и инструментов.
За прилавком худощавый мужчина с тёмными волосами. Длинноносый, с маленькими глазами и острыми скулами. Одет в рубашку с бабочкой, на руках темные нарукавники.
Купец морщится от боли и трогает окровавленный нос. Три здоровенных мужика угрожают купцу пистолетом, ножом и магическим артефактом. Судя по рожам бандитов, они не собираются церемониться.
Амбалы настолько в себе уверены, что даже не прикрывают спины. Стою сзади, как ни в чем не бывало, а они даже не замечают.
— Где деньги, Николай?! Последний раз спрашиваю, — рычит лысый, самый здоровый гад, тыкая в торговца оружием.
— Я же сказал, что все отдал. Проценты… тоже, — хрипит папа Марины сквозь зубы.
Он явно не из трусливых. Для такой ситуации держится молодцом.
— Ты будешь платить столько, сколько сказал господин. Иначе твоя никчемная жизнь окажется очень недолгой, — говорит еще один недоносок, крутя в корявой руке кинжал.
— Это уже третий раз. Пора бы знать меру, — отвечает купец и смотрит на обидчиков так, будто сейчас их порвет. Он мне уже нравится, мужик-кремень.
— Опять играешь в героя, не думая своей пустой черепушкой. Что ж, Николай, ты сам сделал выбор, — хищно улыбается амбал с пистолетом и ближе подходит к прилавку.