После официальной части Варейн пригласил барона в штаб. Разговор проходил за закрытыми дверями, и нам оставалось лишь гадать, до чего они договорились.

Когда он вернулся, вокруг него уже собрались Салине, Юрг и остальные. Комендант остановился, осмотрел нас — и кивнул:

— Ротация утверждена. Вы возвращаетесь в Альбигор.

— Все? — уточнил я.

— Все, кто годен к транспортировке. Два дня на сборы, включая сегодняшний.

Я кивнул. Элун останется позади. А впереди — снова стены и интриги Альбигора… И кое-кто, кто очень не хотел, чтобы я вернулся.

Что ж, этот кто-то будет неприятно удивлён.

Под разрушенной башней всё ещё пахло смертью.

Я спустился первым. Лестница держалась на честном слове. Под ногами похрустывал песок, а обгорелые стены отражали свет моего артефакта. За мной — комендант Варейн и Салине.

— Пергий, все в сборе, — сказал я. — Выходи.

От стены отделилась тень и приняла облик моего солдата.

Мы стояли на месте, где прежде находился был один из магических узлов обороны. Его сердце вырвали, оставив пустоту. Во время битвы артефакты взорвались, и теперь в стене зиял проход в сторону разрушенных тоннелей.

«Опасная брешь», — сказал Пергий, обводя трещины чёрной ладонью, — «Не все гибриды уничтожены. И они могут сюда вернуться, и это откроет им путь под крепость».

Не знаю, как, но сейчас Пергию удалось установить телепатический контакт сразу с тремя людьми. Мы все его слышали.

— У нас нет людей, чтобы так быстро закрыть все бреши, — хмуро произнёс Варейн. — Даже с учётом подкрепления.

Я смотрел на трещину и молчал. Потом, тихо, почти к себе, произнёс:

— Думаю, пора обсудить заключение договора, господин комендант. Между Элуном и теми, кто его спас.

Варейн повернулся ко мне. Прищурился. Салине просто ждала продолжения. А Пергий смотрел на меня, словно знал, что именно я скажу.

— Если гибриды вернутся, то своими силами вы не удержите Элун. Ни войском, ни магией, ни артефактами, — проговорил я. — Но можем удержать его союзом с Пергием и его… солдатами.

Я сделал шаг к твари.

— Вы помогли людям выжить. Теперь вы можете помочь удержать победу. Подземные тоннели можно перекрыть, создать новые узлы, восстановить барьеры. Предлагаю сделку: вы помогаете восстанавливать оборону Элуна, следите за тоннелями, уничтожаете остатки гибридов. А элунцы… Не вторгаются в ваши секторы. Вам разрешат занять земли и добывать там Ноктиум. Вы не будете переходить установленные границы без договорённости.

«Это не союз», — проговорил Пергий. — «Но перемирие. Цивилизованное. Нам подходит».

Я слегка улыбнулся. Не Пергию — коменданту.

— Именно. Твари не трогают людей. Люди не трогают тварей. Научимся сосуществовать. В Диких землях Ноктиума хватит на всех. Плюс совместная защита от гибридов.

Салине и Варейн молчали, обдумывая моё предложение. Понятно, что Пергий исполнил бы любой мой приказ — его Солдаты и подконтрольные им твари и так уже давно не атаковали добытчиков.

Но мне было нужно, чтобы сам комендант, сами люди дошли своими мозгами до идеи мира межд двумя видами.

— Я видел своими глазами, что здесь происходило, — наконец, сказал комендант. — Но Элун зависит от Альбигора. И разрешение должно прийти оттуда.

Я посмотрел ему в глаза. Жёстко, без пиетета.

— Герцог не идиот. Он видит расклад и знает, что гибриды — это куда более опасная угроза. Неважно, чьи флаги реют над Элуном. Если гибриды опустошат северные секторы, поставки сырья прекратятся. А Совету Альбигора, будем честны, важно только стабильное поступление добытого Ноктиума. Детали их не интересуют.

Варейн тяжело вздохнул. Его форма вдруг показалась на размер больше — как будто он сжался под ней. Салине кивнула.

— Я расскажу Герцогу, — сказала она. — Расскажу всё, что видела сама и слышала от других. Без прикрас. Уверена, Герцог поймёт всё правильно.

Я повернулся к Пергию.

— Но я хочу, чтобы он встретился и с тобой. Полагаю, это поможет ему принять верное решение.

Пергий медленно кивнул. Его глаза были мрачными, как чёрные зеркала.

«Как пожелаешь. Я встречусь. Но в Альбигор не войду. Ни один из нас не должен быть внутри вашего города. Это напугает людей».

— Они всегда будут бояться, — ответил я. — Но если хотят выжить, им придётся пересмотреть взгляды.

Элун провожал нас солнцем — блеклым, тусклым, словно тоже пережившим осаду. Оно еле-еле пробивалось сквозь пыль, поднимавшуюся от площади.

Мы выстроились перед главными воротами. Позади — руины, наспех сколоченные стены, свежие артефактные заплатки и чёрные пятна пожарищ, которые даже магия не смогла отмыть. Впереди ждала дорога в Альбигор.

А между этим — толпа элунцев, выстроившаяся вдоль стен. Все, кто ещё мог стоять.