Иди смотрела на эту светящуюся точку, и в ее памяти всплыло слово из древних, забытых легенд. Слово, которое произносили шепотом, рассказывая страшные сказки непослушным детям.

«Остров Безмолвия», — выдохнула она.

Они нашли его. Место, где находился вход к Сердцу Ковчега. Самое защищенное, самое мифическое и самое недоступное место во всем Ашене. И теперь перед ними встала новая, еще более невыполнимая задача: как, черт возьми, туда добраться.

Корабль качало на волнах, но это не мешало мне лежать без сна, слушая размеренное дыхание Риты рядом. Завтра мы высадимся на Остров Безмолвия, и каждый из нас понимал — это может стать нашим последним рассветом. Мысли крутились в голове, не давая покоя.

— Макс? — тихий голос жены прорезал тишину каюты. — Ты не спишь?

— Не получается, — признался я, поворачиваясь к ней. Лунный свет, пробивавшийся через иллюминатор, мягко освещал ее встревоженное лицо. — А ты?

— Тоже. — Рита придвинулась ближе, и я почувствовал тепло ее тела через тонкую ночную рубашку. — Все думаю о том, что будет завтра. А если мы… если что-то пойдет не так?

Я обнял ее крепче, зарываясь лицом в шелковистые волосы. Аромат жасмина и что-то uniquely ее — землистое, дикое — успокаивал, но не мог полностью заглушить тревогу.

— Этот остров… там столько всего неизвестного, — продолжила она. — А если я потеряю тебя? Или ты потеряешь меня? Я не смогу этого вынести.

— Эй, — я приподнял ее подбородок, заставляя посмотреть в глаза. — Мы справимся. Вместе. Мы всегда справляемся.

— Но на этот раз все по-другому. — В ее голубых глазах плескались слезы. — Я чувствую это. Опасность там какая-то… древняя. Злая.

Не мог спорить с ее интуицией. Сам ощущал что-то зловещее, когда думал об острове. Словно тьма, поджидающая нас в засаде.

— Знаешь что, котенок? — я поцеловал ее в лоб. — Давай не будем тратить эту ночь на страхи. Если это действительно наша последняя ночь вместе, то проведем ее так, как она того заслуживает.

Рита кивнула, и в ее взгляде появилась решимость.

— Ты прав. — Она протянула руку и нежно коснулась моей щеки. — Я люблю тебя, Макс. Больше жизни. И хочу, чтобы ты это знал.

— И я тебя люблю. — Слова вырвались из самого сердца. — Обещай мне, что будешь осторожна завтра. Что сделаешь все, чтобы вернуться ко мне.

— Обещаю, если ты тоже пообещаешь.

— Обещаю.

Мы смотрели друг на друга в полумраке каюты, и между нами повисло особое напряжение. Не просто сексуальное — что-то более глубокое. Потребность в близости перед лицом неизвестности.

Рита первой сократила расстояние между нами, прижимаясь губами к моим. Поцелуй был мягким, но полным отчаяния и любви одновременно. Словно она пыталась вложить в него все свои чувства.

— Хочу запомнить каждое твое прикосновение, — прошептала она, когда мы оторвались друг от друга. — Каждый поцелуй. Каждый вздох.

— Тогда запоминай, — пробормотал я, снова находя ее губы.

Руки сами потянулись к ее лицу, поглаживая мягкую кожу щек, спускаясь к шее. Каждое движение было наполнено нежностью и желанием удержать этот момент навсегда.

Рита мягко постанывала в поцелуй, когда мои пальцы нашли чувствительную точку за ухом. Ее собственные руки скользили по моей груди, оставляя за собой дорожки огня.

— Ммм… Макс… — выдохнула она, откидывая голову назад, когда я принялся целовать ее шею. Кожа была горячей и соленой на вкус. — Мне нужно почувствовать тебя. Всего тебя.

Медленно, наслаждаясь каждой секундой, я стянул с нее тонкую ночную рубашку. Лунный свет играл на ее коже, делая ее похожей на богиню. Идеальная грудь с розовыми сосками, уже затвердевшими от возбуждения, тонкая талия, изящные изгибы бедер — все это было моим, и я не собирался упускать ни детали.

— Ты невероятно красивая, — прошептал я, целуя ложбинку между грудей. — Просто потрясающая.

— Ааа… — Рита выгнулась подо мной, когда мой язык нашел затвердевший сосок. Она вцепилась пальцами в мои волосы, направляя мои движения. — Да… вот так… ещё…

Я тщательно ласкал одну грудь, потом переключился на вторую, уделяя ей не меньше внимания. Каждое прикосновение языка заставляло Риту вздрагивать и тихо постанывать.

— Охх… Макс… — она извивалась подо мной, а ее руки уже возились со шнуровкой моих штанов, освобождая мой затвердевший член. Когда ее пальцы обхватили его, я не смог сдержать стона.

— Черт, котенок… — прохрипел я. — Ты сводишь меня с ума.

— Твоя очередь запоминать, — промурлыкала она, толкая меня на спину.