А Иванов незаметно вздохнул. От запутанного Ишимского клубка царя стоило бы держать подальше. Но кто же знал, что девчонка Волковых так неудачно попадёт в переплёт? А теперь приходилось расхлёбывать. Уж слишком осведомлённым оказался государь всея Руси. Впрочем, иначе и не могло быть. Чтобы удержать в узде такого титана, которым стало царство Русское, нельзя было снимать руку с пульса.

И нынешний царь это умел…

В отличие от своего покойного батюшки.

Уже выходя из палат, Иванов краем уха услышал, как его величество распекает в коридоре кого-то из своих дьяков:

— Ну и что, что несогласны? Ты что, намекнуть не можешь? Моим именем пригрозить?.. Ну так скажи ему, что я могу и обратно гайки крутануть! Будут артачиться — верну, к хренам, крепостное право! Царским указом!.. Нет, не буду, конечно… Но ему-то откуда знать?

Кажется, царь планировал радикально вскрыть нарыв, назревший между двусердыми и обычными. И это не могло не радовать старого опытного опричника…

В светлой горнице находилось трое. Один из них — высокий мужчина с кучерявой бородой и шевелюрой. Он сидел за столом, постукивая по столешнице пальцем, и слушал, как двое остальных общаются.

Второй человек — мужчина с окладистой бородой и носом-картошкой. При этом, несмотря на молодость — всего лет тридцать ему было — он явно страдал излишним весом.

Однако больше всего внимания приковывал к себе третий человек. Тот самый, который стоял на коленях и трясся от страха. Видимо, он так боялся тех, с кем говорил, что никак не мог взять себя в руки.

Он был невзрачным, юным и забитым. Глупое вытянутое лицо, блёклые невыразительные глаза, бегающий взгляд и спутанные сосульки мокрых от пота коричневых волос. При этом юноша не был слабым. Он был достаточно развит физически, что совершенно не вязалось с общим впечатлением о нём.

— Ну и куда ты полез? Зачем тебе эти тётки великовозрастные? — спрашивал у юнца полноватый мужчина. — Тебе что сказали, дурак?

— Искать двусердых девушек… — стуча зубами, отозвался тот.

— И почему ты не ищешь их? — терпеливо спросил полноватый.

— Я же нашёл! — пискнул испуганный.

— Кого, тёток этих? — удивился полноватый. — Ты что, тёток от девушек отличить не можешь? Ну девушка — она же молодая должна быть. А ты зачем старых клуш выбираешь, а? Чем моложе — тем лучше. Как ты собираешься вселять ужас в двусердых, если убиваешь каких-то тёток?

— П-простите, я не знал… — захныкал стоящий на коленях.

— То-то и оно… А теперь знаешь! — кивнул полноватый. — А значит, теперь ты встанешь и пойдёшь искать, кого помоложе… А лучше бы и познатнее… Хотя нет, постой!

Испуганный уже начал было подниматься, но снова бухнулся на колени с обречённостью на простоватом лице.

— Надо тебе ещё пару рун поставить! — осмотрев его слева и справа, заметил полноватый. — И тогда тебе полегче будет, разве нет?

— Нет! Нет! Господин! Пожалуйста, не надо! — взмолился испуганный, цепляясь за носки ботинок полноватого.

— Не справишься — будем ставить! — сурово заявил тот, выдёргивая ноги из подобострастного захвата. — Иди, давай!..

Послушно вскочив на ноги, но зашатавшись, как пьяный, юнец рванул к выходу из горницы. Торопясь убраться подальше, он едва не снёс тяжёлую дверь, после чего был подхвачен охраной с той стороны и вынесен на выход.

Полноватый ещё долго смотрел на закрывшуюся дверь, о чём-то размышляя, а потом обернулся к кучерявому.

— Как вот с этим можно работать, а? — с искренним недоумением спросил он. — Неужели сложно было найти такого, как прошлый?

— По улицам Ишима не так много «психо» гуляет… — флегматично заметил кучерявый. — Тот был нашей большой удачей. Теперь работайте с тем, что есть.

— Ну а просто кого-то посмышлёнее отыскать? — вздохнул полноватый, усаживаясь к столу. — Нужен сообразительный исполнитель, и только…

— И только! — кучерявый, оживившись, всплеснул руками. — И только! Исполнителей, особенно смышлёных, нельзя просто найти, Басилий!

— Я ж нахожу! — вставил свои пять копеек Басилий.

Конечно, его звали Василием. Но его гость постоянно сбивался на букву «б» в этом имени.

— Их можно только вырастить! Из ничего! — разведя руками, разъяснил кучерявый. — Материал может быть разным. Поначалу, конечно. Далее всё зависит от вас.

— Но прошлый же был! — упрямо набычившись, напомнил Василий.

— Прошлого мы нашли десять лет назад. Это была удача! — сделал бравурный жест в воздухе кучерявый. — Это был успех! И всё равно мы потратили десять лет, чтобы довести этот успех до ума. А вы хотите мгновенно найти ему замену?

— Но новенький же совсем тупой! Как колун! — не сдавался Василий.