— Не оставляй меня. Ты обещала всегда быть рядом.

***

Прошло три года

Накануне ночи Голубой луны

Проснулась оттого, что каждый сустав ломило. Еле сползла с роскошной кровати правительницы Севера, маленькие ступни опустились на теплую шкуру. Я поплелась к ведру с холодной водой, чтобы умыться.

«Это случится сегодня», — надоедливо запульсировало в висках.

Дверь распахнулась, когда я уже дошла до ведра. В комнату влетела тонкая девушка с двумя толстыми русыми косами и огромными голубыми глазами. За ней в мои покои уверено вошел взрослый лохматый пес.

— Ты уже встала? — удивилась девушка и подбежала ко мне, аккуратно поддержала под локоть. — Почему ты встала так рано? Почему снова не дождалась меня?

— Каждый раз испытываю себя, — тихо усмехнулась я. — Встану или уже нет.

— Как же не встанешь, мама? — девушка с упреком уставилась на меня. — И встанешь, и пойдешь, и доживешь до своего полнолуния! Кстати, оно уже сегодня! И в этот раз Голубое!

Девушка весело хмыкнула и помогла мне умыться. Затем помогла одеться, прогнав прочь трех горничных, заглянувших к нам.

— Где твой отец?

— От него гонец приехал, — быстро ответила Юна. — Только что. Поэтому я сразу и прибежала к тебе. Отец возвращается. Должен успеть к ночи.

— А если не успеет? — я уставилась в ясные глаза девушки и криво улыбнулась.

— Как же не успеет, мама? — возмутилась Юна. — Конечно, успеет!

— Его так долго не было, — вздохнула я.

— У него много дел, ты знаешь. А для встречи с князьями Востока пришлось проехать весь Север.

Я закашлялась. Та, что стала мне за прошедшие годы дочерью, помогла дойти до кровати, на которую я тяжело опустилась.

— Мама, не сердись на отца. Рядом с тобой его сердце разрывается в клочья. А многие только и ждут, когда Северный волк потеряет бдительность. Особенно князи Юга. Эти все грызутся между собой и у нас смуту наводят. К сожалению, людская память коротка, и они уже забыли, кому обязаны спасением от Черного мора. По всей Берингии эти псы распространяют слух, будто ты совсем не жилец на этом свете, а отец так слаб, что одной ногой уже за Гранью. После таких слухов находятся подлецы, которые кидают ему вызов...

Юна ещё что-то говорила своим звонким молодым голосом, но я уже уплыла в сон. В княжеской одежде, которую дочь помогла мне надеть.

В последнее время я много спала и быстро уставала. Три года назад, чтобы справиться с Мором, пришлось почти полностью отдать темную силу. А светлую... той ночью Тьма все же выжгла её до последней капли. Слишком долго Она полностью владела мной.

***

— Юна, сердце мое, просыпайся.

Я тяжело открыла веки.

— Ройдан?

Хотела поднять руку, положить на впалую щеку, но не смогла. Сил не хватило.

Рой осторожно поднял меня на руки.

— Ты совсем ледяная, сердце мое, — пробормотал он.

— Холодно.

— Ты же... не мерзнешь. Никогда.

Я распахнула веки, удивленная тем, что сказал муж.

— Впервые... так холодно. Наверное, я... ухожу, Рой.

— Голубая Луна уже смотрит на нас. А Ноу только что сварил твое любимое зелье.

В нос ударил запах знакомого эликсира из трилистника.

— Как он поживает? — пробормотала.

— У Расела все хорошо. Недавно этот жук уговорил меня на большее количество золотых для вашего ордена...

Я пила медленно, нехотя, периодически кашляла. И слушала голос мужа. Ройдан заставил выпить эликсир до последней капли.

Голова закружилась, и я закрыла глаза. Услышала чей-то всхлип будто издалека и глухой шепот:

— Отец, поторопись. Ты задержался, а ночь уже на исходе.

— Южане устроили нам засаду. Еле отбились, — тихо процедил Ройдан. — Откуда-то узнали про то, что мы ждем голубого полнолуния. Если бы не Арис Торн и Корт...

— Отец. Времени нет.

Показалось, что я плыву на облаках. Мягких, нежных и ласковых.

До сознания доносились приглушенные голоса людей:

— Без сердца не будет севера.

— Спасите сердце, лаэрд.

— Пусть Грот поможет госпоже. И вам, господин...

— Рой, — прошептала я и улыбнулась. — Куда ты несешь меня?

— Юна, береги силы. Молчи. Несу туда, где ты вновь станешь прежней.

— Рой...

Но я так ничего и не сказала ему — тьма поглотила мой разум, отняла дар речи...