Нырнув в высокий проем, образованный в качестве прохода в бронеплите, я оказался в следующем помещении, где по мне начали стрелять из плазменных винтовок сразу трое. Однако, пространственный щит, отвел в сторону голубые сгустки раскаленного вещества, а затем отправил их обратно солдатам. Первые отраженные таким образом выстрелы встретили личные щиты, созданные персональными излучателями, а следующие уже пробили бронежилеты и лицевые пластины шлемов простецов.

«Будь у них артефакты, вместо аккумуляторных блоков, выжили бы, — мысленно отметил я, приказав своим подчинённым следовать за мной, — Впрочем, это даже хорошо. Чем дольше технология будет догонять давно отработанные магические разработки, тем проще будет действовать в пространстве Федерации.»

Однако, дальше нас ждала неожиданность. Впереди обнаружились не солдаты федеральной армии, а люди в черной броне незнакомой конструкции, но зато разящей светлой силой, характерной для артефактов Алакарии.

— Открыть огонь! — распорядился я, тоже принявшись стрелять по культистам.

Впрочем, ублюдков ждало ещё кое-что. Пока они сидели в укрытиях, опасаясь плазменных выстрелов, я смог настроиться места, откуда расходился характерный обжигающий фон, а затем использовал трансфигурацию. Практически сразу раздалось несколько громких криков. В пространство быстрыми волнами выплеснулись энергии смерти. Двое точно готовы.

— Я вперед!

Настроившись на пространство в противоположном конце коридора, я ускорил своё восприятие до предела и создал короткий портал, входной провал в который был у меня под ногами, а выходной направлен в спины культистов. Именно так удалось придать себе ускорение.

Короткая потеря чувства направления, сопровождающаяся вспышкой закручивающегося пространства и я, лежа на полу, скользил с разлетающимися по все стороны искрами от трения брони и пласто-бетона, к оставшимся двум культистам, стреляя по ним из плазменной винтовки.

Всё это заняло считанные секунды, но потребовало ювелирного расчета и напряжения воли и разума, дабы выполнить собственную задумку без ошибок и их последствий.

— Чисто! — выдохнул я, поднимаясь на ноги, — Проверить камеры!

Первые двое культистов даже не поняли что убило их. Пласто-бетон, как и плексо-бетон, очень прочная штука. Однако, он куда лучше полируется и способен заменить собой после такой обработки керамическую плитку. Сей материал, под действием моего заклятия трансфигурации, превратился в длинные тонкие пики, пригвоздившие культистов к высокому потолку.

Спустя десяток минут стало ясно, что мы опоздали. В одиночных камерах находилось лишь семеро магов-офицеров. Остальных уже увезли культисты.

— Райн Таскер, — представился мужчина, решивший говорить за всех бывших узников, — Полковник космодесанта… в недавнем прошлом. Мастер боевой магии и химерологии, а так же подмастерье целительства, менталистики и артефакторики.

— Я представлюсь в более спокойной обстановке. Пока можете обращаться по мне по магическому титулу — магистр.

— Вот как, — понимающе хмыкнул мой собеседник, — Да, вы правы. Тут хватает микрофонов… Однако, мне хотелось бы знать что именно вы хотите? Да и кто вы, собственно говоря, такие.

— Мы — «Орден Империи», спокойно произнёс я, — А хотим мы её восстановления. Полного… С учетом зачистки простецов, в качестве их наказания за всё совершенное в границах Федерации в отношении магов.

Вздохнув, Таскер покосился на остальных своих товарищей по несчастью, среди которых было и двое мужчин алари. Взгляд Райна был грустным и каким-то обреченным.

— Понимаю, не осуждаю, но… Я не могу. Моя жена и её дочь от первого брака лишены магических способностей. И я не уверен, что вы сделаете для них исключение.

— Если они не замарались… — начал было я, но замолчал, глядя в заледеневшие глаза своего собеседника.

— Замарались, — выдохнул полковник, — Увы. Они принимали участие в моём аресте. Не знаю почему и за что Эвелина и Эбби так поступили, но… Заморались.

— Тогда, у вас нет причин отказываться от нашей помощи.

Таскер кивнул:

— Умом я это понимаю, но и… Знаете, я их до сих пор люблю. Даже несмотря на это предательство. В какой-то мере, мне понятно почему они так поступили. Ведь, я уже не юн, а Эбби всего семнадцать и девочке надо строить свою жизнь.

— Это не оправдание.

— Но и не повод убивать. Тем более, мы прожили вместе пятнадцать лет и…

Глядя на Райна, я видел перед собой глубоко запутавшегося человека, раздираемого противоречивыми чувства. Невероятно доброго и, несмотря на весь имеющийся жизненный опыт, наивного.

— Тогда задам вопрос уже вам. Чего же вы хотите?

Таскер поднял на меня резко опустевший взгляд и протянул вперед пустую ладонь.

— Я хочу уйти так, как подобает боевому офицеру. Не знаю, поймете ли вы меня, но…