— Как хрена? — поднялся из-за стола Монг, достав из кобуры бластерный пистолет.

— Похоже, что у тебя есть шанс показать насколько ты крут, — нахмурился Линг, глядя в оконный проём за плечом молодого охранника.

Обернувшись, Монг посмотрев в небо. Среди облаков выделялся потусторонним зеленым свечением громадный череп дракона, из глазницы которого неторопливо выползала змея с костяной короной на голове. Глаза рептилии светились желтым, а в раскрытой пасти были хорошо заметны громадные клыки.

— Суки, — выдохнул Монг, снимая пистолет с предохранителя.

Линг, покачав головой, тоже достал оружие, после чего подошел к оконному проёму, перекрытому толстым армированным плексопластом, способным выдержать попадание из плазменной винтовки. Взгляд далеко не юного сержанта, стал мрачным и холодным. Он, отслужив в армии Федерации, прекрасно знал на что способны боевые маги. И как бы ни раздувал щёки его молодой подчинённый, Линг осознавал насколько плохо дело.

Даже сам митинг магов уже стал первой ласточкой. Если власти не утихомирят радикалов, желающих притеснять одаренных, то дело закончится большой кровью. Это не простецы, у которых нет возможности ничего противопоставить даже полиции. Любой маг сам по себе является оружием, даже если он невероятно слаб и неопытен. Когда припирает, любой быстро становится невероятно изворотливым. Даже крыса, загнанная в угол, будет биться насмерть. А маги — не крысы. Они куда опаснее. И, что паршиво, вполне могут объединиться и выступить единым фронтом.

Даже далекому от политики отставному военному было понятно, что если в Федерации начнётся гражданская война между магами и простецами, то остальные человеческие страны не останутся в стороне. Тот же Магистрат, где как раз одаренные начали притеснять обывателей, точно вмешается и внесет свою лепту в грядущие реки крови.

— Проверь артефакты и щиты, — кивнул Монгу сержант.

— Уже, — с неожиданной злостью проворчал тот в ответ, чем изрядно удивил Линга.

Старший смены хотел было одернуть своего подчинённого, дабы тот не терял голову, но замер. Пол под ногам мужчины дрогнул, а затем болезненно ударил по ногам, а уже после этого до слуха бывшего военного долетели грохот и треск. Почти сразу к вою тревожных сирен добавились звуки выстрелов, громкие крики и нечеловеческий вой, периодически перекрываемые странным рокотом, и каким-то потусторонним многоголосым стоном и плачем.

— Что происходит? — оторопело спросил побледневший Монг, глядя через окно.

На побелевшей коже периодически появлялись ответы разноцветных вспышек, каждая из которых сопровождалась долетающим до слуха надзирателей грохотом.

— Похоже, что арестантов кто-то решил вытащить из тюрьмы… — мрачно выдохнул Линг, с трудом сбросивший с себя странное оцепенение.

Мысли сержанта текли непривычно вяло, а в сердце засел ледяной шип страха, мешающий действовать. Приложив немалые усилия, Линг заставил себя снять с пояса блок штатного АИПа и вызвал центральный пост:

— Алек, это Линг, что у вас? Алек, ответь!

— Там… Там нет никого… — запнувшись, произнёс Монг, повернувшись к сержанту, — Вообще… Они… Что они такое?

Нахмурившись, Линг подошел к окну и, оттолкнув от него подчинённого, уставился через решетку и армирующую секту внутри плексопластового состава на внутренний двор городского следственного изолятора. Все машины на парковке и спидеры посадочных площадках горели. Над их кузовами, объятыми странным багромым, будто бы сотканным из искаженных в крике лиц, племенем поднимались клубы черного дыма. Этот странный огонь, будто бы обладая разумом, на глазах Линга бросился на выскочивших во двор бойцов отряда быстрого реагирования. Ни щиты, ни тяжелая боевая броня не спасли их от багрового пламени. Оно метнулось к солдатам словно голодный зверь к своей добыче и за считанные мгновения проломило их защитные сферы, а затем охватило закованные в броню тела. Спустя секунды несчастные попросту исчезли, оставив после себя обугленные сегменты щитки, шлемы и кирасы.

Переведя взгляд левее, Линг покачал головой.

В бетонной стене центрального блока виднелись несколько громадных провалов, оплавленные края которых алели от жара. В коридоре, видимом через них, мелькали вспышки бластерных и плазменных выстрелов, но в ответ не стреляли. Вместо этого две высокие фигуры в тяжелых плащах бросали заклятия. Их удары каждый раз находили жертву, быстро сокращая гарнизон изолятора.

— Так… Похоже, что это маги, — покачал головой Линг, повернувшись к своему подчинённому, — Ты…

Договорить сержант не успел. Массивная дверь из толстого металла, перекрывающая выход из их блока, с грохотом слетела со своего места, врезавшись в стену напротив. Сразу же в помещение ворвались несколько жутких существ, по которых охранники тут же открыли огонь. Однако, выстрелы из бластеров будто бы лишь раззадорили совершенно несуразных, словно бы специально искореженных, горбатых существ с треугольными мордами, вооруженных длинными мечами. Они мгновенно оказались возле охранников и быстрыми движениями зазубленных клинков отрубили смертным руки. Почти сразу в комнату вошел высокий гуманоид с черной чешуёй вместо кожи и громадными крыльями, сложенными за спиной. Существа, первыми ворвавшиеся в помещение, расступились перед ним.

— Herke lepaure, — оскалился ксенос.

Из глаз чужака начало вырываться багровое пламя, подобное тому, что Линг видел во внутреннем дворе изолятора.

«Это не маги? Это ксеносы? — несмотря на жуткую боль, сержант сохранил способность думать, — Вторжение?»

Однако, долго он и его молодой напарник не прожили. Кивнув своим «слугам», часть которых на глазах охранников вдруг мутировала, со стоном и криком боли трансформировавшись в ещё более уродливых тварей, ксенос пошел к решетчатой двери секции для арестантов. Его подчинённые, скрестив полные ярости взгляды на пленниках, с довольным криком бросились на них.