— Да, конечно. Хороший мир.

— Так, может, прямо подсказать местным? Чтобы попробовали выйти на хаб?

Она покачала головой с сожалением:

— Подсказки тут не помогут. Выйти на хаб они могут только спонтанно, интуитивно. Из внутренних побуждений, а не из внешних. То есть первопроходцем может быть только тот, кто ничего о хабе не слышал.

— А, ну да, точно. Это я чё-то торможу…

— Вот, собственно, поэтому все так удивились, когда «змеюки» прислали своё письмо и попросили сделать их восьмой осью. Просто не понимаю, на что они до сих пор рассчитывают.

Я подошёл к машине, открыл капот. Хильда, остановившись рядом, спросила:

— Думаешь, эти ребята из клуба и вправду могут всё починить?

— Смотря что сломалось. Видишь вот эту круглую фиговину в центре? Это флюидный привод. Ключевой элемент в конструкции. Если накрылся он, то отремонтировать смогут только наши, без вариантов. Но, может, всё не так плохо…

К металлической полусфере, испещрённой насечками и мелкими рунами, подходили десятки серебристых полосок — но почти все они отлепились и покорёжились.

— Тут специально сделано так, — сказал я, — чтобы при перегрузке сначала вышли из строя второстепенные элементы. Вот эти соединители. А они довольно простые, без магических закидонов. Ну, насколько я понимаю. Обычная механика тоже пострадала, естественно, но там ущерб отложен до конца рейса. Вот когда он проявится, тачка будет реально в хлам. А пока шанс есть.

— Они очень удивятся, — сказала Хильда, — когда увидят такой мотор. У них наверняка возникнут вопросы. И, знаешь, я бы им рассказала, откуда мы. Не для того, чтобы подтолкнуть к чему-то, а просто так. Это будет правильно, как мне кажется. Врать не хочется.

— Согласен, снежинка. Если спросят — расскажем.

Со стороны города показался здоровенный аэрокар, размером с железнодорожный вагон, если по длине. В ширину же — заметно шире. Сплюснутый корпус формой напоминал сливовую косточку с вертикальным отрезом сзади. Он был голубовато-серый, с красными продольными полосами. Аварийщики прибыли.

Аэрокар завис над кустарником, метрах в трёх над землёй. Дверца поднялась, и выглянул парень в тёмном комбинезоне:

— Привет. У вас, я смотрю, машина без внешних повреждений? Садитесь к себе тогда, мы вас подцепим сверху захватом.

— Понятно. Можете нас в ретро-клуб доставить?

Запнувшись, я попытался сообразить, как сообщить ему точный адрес, который есть на визитке, но не поддаётся прочтению. Однако парень ответил:

— Да не вопрос. Бывал у них пару раз, поржать с технических древностей. Без обид.

— Ничё ты не понимаешь в исторических раритетах.

Мы с Хильдой сели в машину. Летучий эвакуатор завис над нами. Я ожидал, что нас подцепят тросами или, может, магнитом, но получилось круче. Мы оказались словно в луче прожектора, хотя визуально это проявлялось своеобразно. Вместо потока света было неуловимое колыхание воздуха и лёгкое мерцание. Нас аккуратно приподняло над грунтом и потащило вверх.

— Выглядит как магия, — заметила Хильда.

— То-то же. Наука — это тебе не хухры-мухры.

Внизу поплыла холмистая местность, ощетиненная кустарником. Затем она сгладилась, холмов стало меньше, и появились ранчо с возделанными полями. А через пару минут показался знакомый город.

Мы зависли над одним из кварталов, где не было многоэтажных домов. Внизу я увидел Поля. Он стоял во дворе, показывая на просторный ангар с раздвинутой крышей. Внутрь этого ангара нас и опустили.

Я запоздало сообразил, что транспортировка может быть платной, но опасения не подтвердились. Аварийщик-пилот махнул нам сверху, и его серо-красный аэрокар скользнул над крышами прочь.

Мы вылезли из машины, и Поль, войдя со двора, застыл в удивлении:

— Хильда, ты перекрасилась? Ну, в смысле, пойми меня правильно — тебе очень идёт, и смотришься потрясающе, но как-то неожиданно. А я уже дочке пообещал, что снежная тётя нас навестит…

— Спокуха, — сказал я, — всё под контролем. Дочка не будет разочарована, мы ей устроим шоу. Правда же, няша? В брюнетку ты наигралась?

— Ох, наигралась, — кивнула Хильда. — Самой не терпится вернуть всё, как было.

— А друзья твои где? — спросил я у Поля.

— Договорились после работы встретиться, ближе к вечеру. Покопаемся вместе в вашей загадке.

Он предвкушающе потёр руки. Я распахнул капот и сказал:

— Загадок тут больше, чем тебе кажется. Давай я пока не буду разглашать всю интригу, но намекну. Это двигатель экспериментального типа, о нём публично не сообщалось. Шар посередине вскрывать нельзя, договорились? Но я надеюсь, что проблема не в нём, а рядом…

— Ни слова больше! — торжественно провозгласил Поль. — Эту шараду мы с парнями расщёлкаем. Да и так уже ясно, чем тут заняться в первую очередь.