— Не убивать? Ладно, постараюсь. Ирен права… Хорошо, что она сохранила здравомыслие. Мне его сейчас сильно не хватает. Но в одном я уверен полностью — изобью ублюдка до полусмерти. А там какой-нибудь лекарь эту гору мяса подлатает.

Я закинул лук за спину, выхватил копьё и едва увернулся от очередного выпада. Когда Фендал пронёсся мимо, я вонзил оружие в его подколенное сухожилие. Тот споткнулся, но не упал. Вот ведь гадина! Не теряя времени, я тут же перехватил копьё и нанёс второй удар в другую ногу, ещё сильнее замедляя Воина.

Пьяные выпады танка стали ещё медленнее, а из-за нанесённого мной урона эта гора мышц теперь напоминала свинью на забое. Мне остаётся только бегать вокруг и спокойно бить его, не боясь ответного урона. Но так как нельзя было причинять слишком много увечий, я решил выждать и подловить здоровяка на очередной ошибке. Воин оступился, и я принялся яростно бить по его шлему рукоятью копья. На миг мне даже показалось, что я какой-то церковный звонарь. Вот тебе и «Вечерний звон, бом-бом-бом»…

Я бил снова и снова, пока гигант, наконец, не рухнул без сознания. Надеюсь, он не умрёт до прихода лорда Экариота и целителей. В это время вдали заворочался второй нападавший, медленно приходя в себя после защитного заклинания Ирен.

Дарим, значит… Напыщенный чванливый Оружейник с подклассом Лучника. Мелкий крысёныш, который посмел поднять руку на мою спутницу. Я развернулся и погнался за ним, когда он попытался улизнуть, догнав идиота в два прыжка. Удар рукоятью копья — и ублюдок рухнул как мешок с дерьмом.

В этот момент Ирен, наконец, немного пришла в себя. Она дрожащими руками накинула мантию. Когда я подошёл к ней ближе, её всю трясло. Казалось, она держит себя из последних сил, но что угодно заставит её горько разрыдаться на всю округу. Я заключил девушку в крепкие объятия, чтобы немного успокоить. Метод старый, но рабочий. Ещё никогда не подводил.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил я, как можно более спокойным тоном. — Мне жаль, что меня не оказалось рядом.

— В этом нет твоей вины. Эти мерзавцы давно затевали подобное. Я же говорила об этом… Могу сказать, что жива и почти невредима, — с трудом ответила Ирен сорванным голосом, пытаясь сохранить самообладание.

Я слегка отстранился от девушки, чтобы осмотреть её раны. Насколько могу судить, у неё, возможно, раздроблена скула. А если учесть проблемы с речью, то, возможно, и большая часть челюсти. О чём думал Фендал, избивая хрупкую Жрицу руками в латных перчатках? Что она передумает и отдастся? Его идиотизм выходит за все возможные рамки.

— Ладно, всё ведь уже позади. Почему ты не залечиваешь раны? — спросил я.

Ирен покачала головой, её голос был холодным, словно отрешённым:

— Это… улика… против мерзавца…

Это спокойствие, тон и облик… Сейчас в теле Ирен не она сама, а богиня. Я слишком хорошо научился распознавать её божественную ауру.

— Вот же гадство! Мне следовало быть здесь всё время, — сокрушался я. — Кто же мог подумать, что этот ублюдок пойдёт мстить не мне, а беззащитной Ирен. Со мной, сволочь, бодаться не захотел, значит?!

Богиня дёрнулась, резко отвернулась в сторону. Её обильно вырвало. С трудом выпрямившись, она простонала:

— Прости… Это была её естественная неконтролируемая реакция. Для неё такое… уже слишком.

Я с трудом сдерживался, чтобы не добить двух преступников, которые явно нарушили законы королевства, напали на товарищей по группе, хотели сделать с девушкой бог знает что и бросили вызов лично лорду Экариоту. Как лидер, он отвечает за группу, а значит, как отвечать за ошибки, так и проводить справедливые разбирательства, должен именно он.

— Артём, сейчас главное сохранять самообладание, — сказала она с мрачной гримасой. — Боюсь, неприятности только начинаются. И сейчас судьба всех нас зависит от обстоятельств, на которые мы никак не можем повлиять. Мужайся.

Девушка указала в сторону, откуда к нам спешила группа вооружённых мужчин во главе с лордом Экариотом.

— Артём, — голос богини был на удивление мягким. — Ирен хочет вернуться в своё тело. Она будет более искренней в этом противостоянии, чем могла бы быть я. Будь осторожен.

Покровительница положила руку мне на плечо.

— Но тебе нужно присматривать за ней. Она… далеко не в лучшем состоянии. Ей слишком знакомы подобные проблемы, так что прояви терпение и окажи поддержку. Ладно?