— Потому что в своё время использование пламени феникса для восстановления моих собственных каналов чуть не привело к полному их уничтожению. Я две недели был на грани жизни и смерти, и только чудом выкарабкался. — Прищурился он. — Больше никаких рискованных мероприятий без моего ведома. Потому что в случае твоей смерти, объясняться с твоим отцом буду я, а мне этого не слишком хочется. Если он решит меня прикончить, даже со своим седьмым уровнем я не выдержу и одного удара. Теперь снова ты! — рявкнул наставник, поворачиваясь к оборотню, державшего на своих коленях своего зверя и аккуратно гладившего того по маленькой голове. — Про какие изменения говорила Сивцова?

— Не знаю, — пожал он плечами. — Сказала, что жизни моей ничего не угрожает и всё. Но смотрела она на меня довольно странно при этом, кстати.

— Просто великолепное завершение этого не менее великолепного дня. — Проворчал наставник. — Спускайтесь вниз в зал номер три на минус четвёртом этаже, через десять минут я подойду. — С этими словами он вышел из комнаты, с грохотом захлопнув за собой дверь.

— Если это проявление заботы и обеспокоенности к своим воспитанникам, то нам лучше его постараться не злить, — сделал вполне адекватное заключение Сергей, нарушая повисшую в комнате тишину.

— И чего он так разозлился? — буркнула Мила, выходя первой в коридор. — Если бы что-то пошло не так, то мы бы смогли прервать ритуал.

— А мне вот интересно, он о твоей матери говорил? — задумчиво протянул Сергей, не выпуская разомлевшую жабу из своих рук.

— Наверное. Я так поняла, они все примерно одного возраста и вместе учились, — кивнула она, погрузившись в свои мысли.

Оставив друзей в коридоре, я зашёл в свою комнату и задумчиво осмотрел всё ещё валяющуюся рядом со входом дверь. Хорошо, что вещей у меня никаких нет. Но всё равно не хотелось бы оставлять комнату открытой. Накинув на себя плащ Стража, который выдали внизу во время приветственного слова, я поморщился. Ткань была лёгкая, но какая-то колючая. На голое тело носить его было не слишком оправдано, но никаких рубашек в комплекте с формой не шло. Очень предусмотрительно, ничего не скажешь.

Поставив на проём двери запирающий барьер и усилив тот несколькими защитными чарами, я догнал ребят, которые за это время дошли только до площадки телепортов, хмурясь и оглядываясь по сторонам. Кроме меня, захватить карту здания почему-то никто не додумался.

— Третий справа телепорт ведёт на нужный уровень прямо к нужному нам залу, — подсказал я им, подходя порталу и пряча книгу в широком кармане серого плаща. Встав на круглую площадку, я заозирался по сторонам, не понимая, как активировать переход.

— И что дальше? — хмуро поинтересовался оборотень, но его вопрос утонул в яркой вспышке, которая тут же рассеялась, погрузив меня в полумрак тускло освещённого коридора.

Сойдя с площадки и сделав несколько шагов от неё, обернулся, глядя, как на ней появляется Мила и Сергей.

— Хорошо, идёмте, — Лебедев буквально материализовался перед нами, выйдя из темноты. — Этот зал мы и дальше будем использовать в качестве тренировочной базы. Он закреплён за нами, поэтому столкнуться и помешать другим студентам вы не сможете.

Проведя нас по коридору, он резко остановился перед массивными дверьми из тёмного металла, испещрённого многочисленными рунами. Приложив ладонь к специальной выемке, он активировал открывающий механизм, после чего все руны засияли и пришли в движение, выстраиваясь в определённом порядке. Только после этого раздался щелчок, и дверь тихо распахнулась.

Как только мы вошли в тёмный проём, в зале тут же вспыхнул яркий свет, заставляя зажмуриться и некоторое время привыкать к резкой смене освещения. Зал для тренировок оказался огромным помещением, разделённым на три секции матовыми защитными барьерами. В первых двух не было ничего примечательного: один вообще оказался пустым, во втором находились какие-то манекены и тренажёры. Что находилось в третьей секции, разглядеть через всполохи многочисленных защитных заклинаний было практически невозможно.

— Считайте это помещение своим вторым домом на ближайшие три месяца, — проговорил Лебедев. Его голос эхом разнёсся по полупустому залу, долгое время отражаясь от стен и щитов.

— Что находится в третьей секции? — спросил я, отрывая наконец взгляд от защитного барьера и переводя его на наставника.

— Этого вам пока знать не обязательно, — ровно проговорил он. — Сейчас, прежде чем вас выпустить в общество, мне нужно понять, какие именно изменения в вас произошли за неполные сутки, и сможете ли своей неосторожностью принести вред остальным студентам. Начнём с тебя, Михаил, — без всяких предисловий проговорил он, глядя на меня. — Мне нужно узнать степень твоего контроля над магией ядра. При воздействии на структуру магических каналов пламенем феникса оно разрушается первым.

— Я никогда не использовал магию ядра и не знаю, что мне нужно делать, — честно ответил я. Эта магия для меня была всегда чуждой, и мне было удобнее использовать первозданную энергию души. Её преобразование у меня получалось на рефлекторном уровне, и, если меня спросить, как это делать правильно, я бы ни за что не ответил на этот вопрос.

— Так же, как энергию души. — Тихо проговорил он, подходя ко мне. — Я знаю, что этому вас никто ещё не учил, поэтому начнём с самого начала и будем использовать руны, созданные из нитей твоей силы. Потом, когда это начнёт получаться автоматически, перейдём к проецированию мыслеобразов. Но пока думать об этом не стоит. Ты виртуозно владеешь первозданной энергией души. То же самое требуется при выполнении заклинаний истиной магии. Михаил, твоя стихия — вода. Именно на ней будут завязаны многие твои умения. Представь, что в руках ты держишь кисть, а краски, что ты используешь, берёшь из своего ядра силы, а не из колец ранга души.