Штурман закончил исследование:

— Запаса прочности хватит с избытком, кэп.

— Тогда всем машинам в колонну! Ты пойдешь в скауте. Я сяду в основную.

Даже такой несильный холод все-таки пробирался сквозь одежду. Или это казалось. Но с каждой минутой ты ощущал, что такое драгоценное для тебя тепло утекает из тебя капля по капле. Потому настоящим блаженством было заскочить внутрь вездехода и скинуть скафандр. Как хорошо и комфортно не на морозе!

— Нервы, — прокомментировал его действия Глеб Орлов. Он восседал в середине переднего сиденья. За рулем находился Иван Седов, водитель главной машины СпаСа, старожил команды.

— Может быть. Иван, четко посередине!

Седов оглянулся на командира с такой миной: мол, чего ты меня учишь, но промолчал. Вездеход начал неспешное движение. Умел Иван ездить плавно, чутко подруливая джойстиками. Они стартовали в медленный подъем. Скаут и две машины каравана. Домики с буксирами пока оставили внизу. Дорога шла по спирали вокруг основной горы, обходя торчавшие из-под снега строения.

— Ты глянь, вышка стоит!

— Оборудование на месте. Она рабочая и за ней следят. Что же они гады не отвечали на наши сообщения?

Глеб пожал плечами:

— Не желали. Я вам говорил и предупреждал. Здесь живут странные люди.

Скаут уехал вперед и вскоре из динамика раздался взволнованный голос Карелайнена:

— Кэп. Рабочая панель очищена.

— Хорошая новость. По приезде сразу ставим палатку. Лёня, с тебя связь! Второй, оставайся на гребне. Будешь контролировать подъем тяжелых. На буксирах: приготовиться к движению. Маршрут вам скинут. Идите, не спеша. Торопиться некуда.

Фролов прошел к палатку. Здесь было градусов на пятнадцать теплее. Карачун оторвался от внешней панели управления. Он её аккуратно открыл и присоединил коммуникатор.

— Не отвечают, кэп.

Василий обернулся к Глебу. Тот, кряхтя, придвинулся:

— Я тебя предупреждал. Будет трудно. Дай, парень, порулить мне.

Фролов нервно мерил небольшую комнату шагами. Их привели сюда еще вечером. Судя по имеющимся у них хронометрам, уже наступило утро. Серое невзрачное помещение, обитое пластиком и залитое сумрачным светом, здорово стесняло командира СпаСа. Но больше всего его бесило отношение местных к гостям. Не здрасьте, ни до свидания! Уж лучше откровенная вражда!

Вчера целый день они пытались связаться с персоналом станции. Их точно слышали, но не отвечали. Взламывать ворота и двери они по понятным причинам не могли. Поэтому пока тепло, обустраивали лагерь. Благо у СС 23 имелся закрытый выдвижной пандус. Неплохое решение для оптимального выезда из Купола. В нем они и обустроились. Еще бы запитаться от станции и можно спокойно жить до конца лета. Но чем ближе к вечеру, тем сильнее проявлялось волнение. Неужели их экспедиция провалилась? Проблему со всей прямотой решил Глеб Орлов. Старожил двадцать четвертой в какой-то момент переключил канал с общего на известный только ему и громогласно выдал в эфир:

— Эй, девочки, мальчики, передайте вашей Снежной Королеве, что к ней Кай приехал. И хватит выделываться. Она меня знает, я ваш Купол могу и взорвать к чертям! Если осерчаю!

Спасатели ошарашенно уставились на опытного зубра, но его нахальный вызов подействовал. Секунд через десять раздался звонкий девичий голос:

— Кто это говорит? Зачем вы нам угрожаете?

— Девочка, передай Снежной Королеве, что Кай вернулся. Путь встретит гостей как полагается.

— Вы не може…

Сообщение прервалось, и в динамике послышался другой голос. Он был на пару тонов ниже и чуточку, до сексуальности хрипловатый.

— Не слишком ли поздно, Глеб, ты вернулся?

Орлов довольно осклабился и даже заметно помолодел:

— Мы еще живы, старушка, значит, непоздно!

В динамике что-то прошипело. Но минут через пять заработал общий канал. Пошли согласования и предложения с обоих сторон. Члены экспедиции приободрились. Сотрудники СпаСа двадцать третьей разрешили пройти внутрь трем человекам. Питание подавать наружу отказались. Да и вообще были немногословны.

Пошли Орлов, Фролов и Никита Силаев, как самый сильный и крепкий спасатель. Оружие с собой не брали. Общепринятое в их среде. Глеб давал полную гарантию сохранения их жизни. А вот в успехе предстоящих переговоров он несколько сомневался. Но лиха беда начало! Вошли они в Купол через технологическую дверь. Судя по её состоянию, ею часто пользовались. Что нельзя было сказать про помещения Подкупольного зала.

Большая часть оборудования и механизмов имели вид законсервированных. Ими пользовались нечасто. Значит, наружу весной и летом выезжала лишь небольшая группа СпаСа. Контроль территории, расчистка путей и установка радиообмена. Василию показалось странным, что станция перестала общаться открыто, но продолжает обмен сведения о погоде и состоянии климата. Эти данные они передавали регулярно. Хотя, казалось бы, закрывшись в скорлупе, могли бы и плюнуть на все условности и договоренности. Что-то здесь было не так. И с этими странностями им предстояло разобраться.