— Орлов, ты нисколечко и не изменился! Неужели подумал, что я поведусь на твою глупую лесть.

— Женщины любят ушами, Слава.

Правительница двадцать третьей повернулась к Фролову, с интересом его разглядывая. А тот никак не мог понять её настоящий возраст. Мягкое лицо без морщин, даже шея гладкая, легкие движения. Её выдавали лишь глаза. Холодные и прозрачные, как лед.

— Если не ошибаюсь, ты и есть командир спасателей с двадцать пятой?

Василий так удивился, что ляпнул:

— Да, моя королева!

Женщина удивленно подняла на него глаза, затем захохотала. В отличие от чуть хрипловатого голоса смех был удивительно звонок. Даже несколько завораживал. Да, в молодости она наверняка жутко нравилась мужчинам. Харизма, красота, элегантность. У Василия снова проснулся интерес к женщинам.

— Спасибо, было любопытно и поучительно, — правительница двадцать третьей задумчиво теребила в руках салфетку. Они пили чай. И это к огромнейшему удивлению Фролова был именно травяной напиток, а не смесь грибной взвеси с искусственными ароматизаторами. Командир СпаСа даже не заметил, как под чай с какими-то суховатыми кондитерскими изделиями выложил женщине больше, чем планировал. Умела она вытягивать из души сокровенное. В том числе и то, о чем лишь иногда испуганно задумывался. Вот настоящая психология и умение работать с людскими душами. С каким поистине материнским участием она внимала рассказу взрослого человека. Поддерживала словесно и ментально.

И лишь загадочный взгляд Орлова вовремя остановил Василия от излишней информации. Но если на ситуацию взглянуть с другой стороны, то можно заметить, что доселе спутанный анализ внезапно предстал предельно четким и ясным. В произошедших на двадцать пятой и двадцать четвертой станциях событиях выявилась некая собственная логика. Жестокая и местами непонятная, но имеющая определенное значение. Для общества, для людей и будущего.

Это заставило Василия заново пережить многое и понять доселе скрытое. Надо признаться, он был поражен и взирал на правительницу с огромным удивлением, к которому то и дело норовил прибавиться банальный испуг. Но опытного спасателя было сложно чем-то напугать. Его состояние отлично понимал Глеб, поддержав товарища саркастической улыбкой и похлопыванием по плечу. Но их поведение вызвало некоторое неудовольствие со стороны хозяйки. Впрочем, вскоре она взяла себя в руки и даже смотрела на мужчин с толикой нежности. Василий внезапно понял, что ей просто-напросто в последнее время не хватало мужской компании. Его кольнул возникший в голове вопрос: а куда делись здесь мужчины? Настоящие, смелые и отважные мужики. Те особи, что попались им на пути, таковыми не выглядели. И как можно ставить в охрану представительниц слабого пола.

— Что у вас произошло? Почему вокруг одни женщины? Вы поэтому перестали общаться с другими станциями?

Правительница похолодела и сжала губы, но тут же успокоилась, и её лицо разгладилось. Она умела держать в руках. Просто отвыкла от подобной прямоты и смелости.

— Глеб ничего тебе не рассказывал?

— Я и сам мало что знаю, Слава.

— Не называй меня так, мужчина! Вячеслава осталась в далеком прошлом. Мы слишком много пережили, чтобы пребывать в давнем состоянии.

Орлов усмехнулся:

— Это ты так решила. Невероятно много взвалила на себя и забыла, кто и что ты такое.

Правительница грустно усмехнулась, её глаза предательски заблестели.

— Ты отлично научился понимать меня, если бы еще помог вовремя своим плечом.

Глеб взмахнул руками:

— Все мы умнеем позже, чем следует.

Фролов снова не удержался:

— На мой вопрос не ответите?

Хозяйка нажала невидимую кнопку, и через секунду на пороге появилась охранница.

— Вас проводят. Всему свое время, мальчики.

Они пошли не этаж, где пребывали доселе, а двинулись к грузовому лифту. В нем в первый раз вплотную столкнулись с группой мужчин. Все невысокие, субтильные, в потертых комбинезонах. Они настороженно покосились на «тумбу» и внезапно склонили головы перед женщиной средних лет в белой накидке, что вошла последней. Места в лифте хватало, но мужчины гурьбой отступили в угол.

«Белонакидочница» удивленно уставилась на гостей, затем нахмурилась. Особенно после любопытного и беспардонного взгляда Василия, оценившего спортивную фигуру женщины.

— Страж, что эти двое тут делают?

— Это гости, владетельница.

— И кто их сюда пустил?

— Все вопросы к правительнице.

Важная дама хмыкнула и смерила мужчин полным презрением взглядом:

— Сразу видно наглых самцов. Пахнут мерзко, поднимают глаза без разрешения. Следи за ними внимательней, страж.

— Да, Владетельница.

Глеб и Василий обменялись многозначительными взглядами. Им не нравилась обстановка, и им не сказали, куда их везут.

«Чем дальше, тем страньше!»

— Добро пожаловать на двадцать третью станцию. Мир гармонии и прогресса!

Это был явно рабочий уровень. Группа работников тут же быстрым шагом исчезла в боковом проходе, а на предлифтовой площадке их встретила молодая женщина в голубом приталенном комбинезоне. Яркие василькового оттенка глаза приветливо уставились на гостей. Правда, Василий отметил, что барышня профессионально оценила их на предмет возможной опасности и сдвинулась чуть в сторону от более крепко выглядевшего Фролова. Откуда у нее подобный опыт?