Нина дрогнула:

— Вы ведь все это пережили?

— Не все.

Фролов замкнулся. Он отлично помнил тех несчастных, что противостояли обезумевшей толпе. Мертвецов поневоле.

— Центр спасения сработал прекрасно. Военным и безопасникам оказались предложены ложные цели. Старое правительство, обремененные семьями и кучей обслуги ушло в подземный город, что уже имелся на Урале.

Василий поднял голову:

— Они выжили?

— Пока была связь, мы получали оттуда сигналы. И не всегда обнадеживающие.

— Раздрай начался у них раньше, чем у нас.

— Ты права, Лина. Сборище случайных и неготовых к испытаниям людей. К тому же с патологическими амбициями и неустроенной психикой. Появились в итоге переворотов тоталитарные диктатуры. В ограниченном пространстве убежищ такое общество работает чрезвычайно плохо. В итоге через некоторое время началось вооруженное противостояние между фракциями. Но ведь подземные убежища надо обслуживать. А сборище людей, не привыкших подчиняться и неготовых к физическому труду, не может успешно выживать.

— Почему вы не хотели брать на борт станций военных и безопасников?

— У них крайне своеобразная психология. Да и навыки. Вредные для тесного и закрытого сообщества. Это нам было понятно сразу.

— Что-то похожее на наших полисов?

— Намного хуже. Повышенная агрессивность, отсутствие грамотной инициативы, отчужденность от граждан, нездоровые амбиции, не соответствующие статусу. Это кланы, привыкшие жить по иным законам.

— Тогда по каким критериям отбирали в Службы безопасности станций?

— Уже из отобранного для выживания персонала. И поначалу функции у них были несколько иные. Аналог спасательной службы уже внутри станции.

— Так и было, — подтвердил Фролов. — Это у нас они позже трансформировались в надзирателей, а затем получили ряд функций. Кстати, с согласия Администрации. Сами себе выкопали могилу.

Ким задумчиво выразила свое мнение:

— У нас было не так. Полисы не имели такой силы.

— Но все равно получилась промашка в другом направлении, — задумчиво пробормотал Василий. — С одной стороны мы имеем чрезмерную опеку и потерю чувства меры. С другой: излишнюю автономию и бесконтрольность.

— Ты, о чем сейчас, кэп? — нахмурила густые брови Ким. Ей тяжело давалось взаимодействие с излишне самостоятельными спасателями. Свой независимый характер мешал.

— Нам необходим баланс. Для этого потребуется изучение опыта других станций, а также человеческого прошлого.

Сидевшие в комнате крепко задумались. Драгунова выступила первой:

— С СС 25 мы сейчас ничего не получим. Но помним многое на практике.

Ким развела руками:

— От нас проку мало. Сейчас и вовсе людей столько, что не хватит на заселение одного из жилых уровней.

— Глеб, у вас сохранился старый архив? Впереди зима, время для его изучения будет. Я вдобавок запрягу нашего администратора Елену и Малую. Пусть учатся.

— Я тебе его предоставлю, Василий. Но стоит подумать о том, что следующим летом мы сможем скататься в гости. И уже там узнать нечто новое для себя.

Старик ехидно улыбался. Такое забавное выражение появилось на лицах первых людей станции двадцать четыре.

— Ты уверен, Глеб?

С помощью биологов и медиков Орлов к лету заметно похорошел и улучшил физическое состояние. Но Фролов все-таки сомневался в нем. Эти первые спасатели много чего пережили, не раз испытывали судьбу на прочность. Так что запасы организмов у большинства из них на убыль пошли довольно рано. На СС 25 из первого состава в работе никого не осталось. Где-то внизу дорабатывали на легких должностях ветераны. Кого-то и можно было вытянуть сюда. Но согласились бы они обременять собой команду СпаСа? Нет, не такие это были люди. Хотя их знания и опыт наверняка бы пригодились.

Кто его знает?

Василий еще раз окинул пространство Подкупольного зала. Они постарались зимой и весной привести его в порядок, но все равно он здорово поигрывал их родной станции. «Родной?» Странный термин. Иногда проскакивает среди ребят. Они еще не привыкли к иному убежищу. Да и смогут ли когда-нибудь… Фролов потряс головой. Дело не ждет! Кипучая деятельность, вот что всегда спасало их от хандры!

— Когда связь со Смотрящими?

— Примерено через полтора часа. Жду нужной температуры, чтобы начать ставить «светофор».