— Только не к умению управлять закрытым социумом.

Глеб некоторое время молчал.

— Я не так много могу сказать по этому поводу. Нас с Петром и другими начальниками Внешних больше беспокоила работа техники при жутком морозе. Работоспособность маринизмов Купола. Никто доселе не сталкивался с такими продолжительными отрицательными температурами. Одно дело — работа вахтами на севере или на станциях в Антарктиде, другое: постоянно испытывать подобное на себе в обычной жизни. Как бы ни ученые и инженеры ни готовились к самому худшему варианту, не все удалось подготовить. Проект нашей цепи еще вышел более-менее грамотным. Во многих странах попытка спастись не удалась полностью.

Фролов нахмурился:

— Давненько не слышал рассуждения о старых временах.

— Мы еще успели получить через спутники информацию от норвежцев. Из-за перемен в погоде и морских течениях убежища в горах не оказались надежными. Часть из них была вскоре разрушена. Спасти никого не удалось. Горы не самый лучший вариант местонахождения при глобальном катаклизме.

— Альпы, Карпаты, Пиренеи. Нам показывали снимки. Ребятам здорово не повезло. И рядом не оказалось руки помощи. Наша система вышла лучше и продуманней.

Драгунова с любопытством выслушивала спасателей, потом заметила:

— Но мы ведь сейчас говорим о другом, Глеб. Проблемы внутренней структуры и социализации кто-то заранее продумывал?

Все уставились на старика. Тот лишь развел руками:

— Если и так, то я об этом ничего не слышал. Да и был ли подобный опыт? Проводились, конечно, различные эксперименты. Человечество готовилось к полетам на другие планеты. Но там и фокусные группы, насколько мне известно, были небольшими. Сами понимаете, в закрытых группах с десятками тысяч людей никто исследования никогда не проводил. Сначала не было нужды, потом стало просто некогда. Вы не очень понимаете атмосферу тех проклятых последних недель, когда Земля начала стремительно замерзать.

Ким задумчиво проговорила:

— Неужели никто не подумал кроме биологов, физиков и технологов ввести в состав станций психологов и социологов?

Фролов откинулся в кресле:

— Психологи поначалу у нас имелись. Я нашел записи. Но Администрация посчитала их работу ненужной и перепрофилировала их. Все первоначальные усилия спасенных были направлены на выживание. Да и набирали на спасательные станции поначалу людей неординарных. Потому, видимо, посчитали, что они смогут уживаться без лишнего воздействия.

Глеб подтвердил:

— Так и было. С кандидатами проводили обязательные тесты. Эмпатия, интеллект, агрессивность. Правда, я не уверен в методиках.

— И, скорее всего, проверки они прошли не стопроцентно.

— Может быть, и так, Василий.

Драгунова с любопытством уставилась на мужчин. Для нее эти сведения были внове. И женщина пожалела, что не задумывалась о них раньше. Нельзя перекладывать заботу о собственном будущем на чужие умы.

— Получается, что управление людьми было пущено на самотек. Мы уже видели на примере вашей станции, что происходит, когда кто-то решает, что он непогрешим. В общении между людьми ситуация не лучше.

Мужчины переглянулись и согласились с доводами. Глеб задумчиво продолжил:

— Я бы не сказал, что ничего не предпринималось. Все-таки у высших управленцев был огромный опыт. Но рассмотрим тогдашнюю ситуацию сквозь призму времени. Давайте по порядку. Построить втайне такое количество объектов попросту невозможно. Да, предпринимались беспрецедентные меры безопасности. Районы оцеплялись войсками и полицией, выселялись целые поселки или работали под легендой.

Фролов откликнулся:

— Одна из них была под видом строительства дополнительных ядерных станций.

— Ты прав, Вася. Это тебе Соболев рассказал?

— Да. Когда я был новичком, то прослушал цикл лекций по основам.

— Там наверняка было не все рассказано. Многое упустили. Ну а вы просто не помните тот большой мир. Он был буквально весь опутан невидимыми связями. Управление страной, безопасность, экономика, армия. И все так сплелись между собой, что разрубить эти узлы стало невозможно. Что здорово мешало секретности.

Нина блеснула голубыми глазами:

— Но ведь получилось?

— Далеко не все. Для последующего существования станций был создан Тайный Совет из самых разумных ученых и управленцев. Вхождение в него подразумевало отказ от спасения. Они работали до последнего, и связь не прерывалась до самой их гибели. Центр существовал еще некоторое время, но затем погиб.

— Они замерзли?

— Нет, — вздохнул Орлов. — В результате вооруженного противостояния. Они прятались в системе бункеров армии. И когда генералы поняли, что их кинули, то выступили. Построить столько убежищ втайне нельзя было без привлечения армии и органов безопасности. Конечно же, им пообещали места на станциях. Ограниченное количество, но хоть какой-то шанс. Ради этого военные шли на подлог, нарушение законов и позже на самые настоящие зверства. Вы не очень представляете себе последние недели, когда на Земле наступил полный хаос. Мы жалели вашу детскую впечатлительную психику.