Шрифт:
– Ну как?
– нетерпеливо спросила подруга, прервав сеанс раздумий.
– Вероника, это действительно очень необычно. Но… Есть несколько замечаний. Платье с мундиром сочетаются плохо. А если взять отдельно тёмно-синюю юбку с выделяющимся, но не очень широким ремешком? Убрать с неё все эти рюши и вышивку, тем самым придав некую строгость, и сделать чуть покороче, но в рамках приличия? И того же цвета сшить блузу?
– Нет, Анна. Ты будешь выглядеть словно старая вдова, а не молодая женщина, - моментально возразила мне опытная швея.
– Но можно же добавить белое жабо?
– Хочешь совместить строгость и праздничность?
– Примерно так.
– Ну… Быть может, - обтекаемо ответила Вероника.
– Только тогда жёлтый жакет будет не к месту. Нужно менять цвет на малиновый. И всю вышивку тоже убирать. Оставить лишь золотую оторочку. И в сочетании с жабо массивный воротник стойкой сделает тебя немного сутулой, а такую изящную длинную шею скрывать - преступление. Значит, переносим его на блузу, а жакет делаем с лацканами… Подожди-ка!
Озарённая новой идеей, Труччо сорвала с мольберта старый рисунок и прикрепила чистый лист бумаги. Вооружившись грифелем, за несколько минут нарисовала новый наряд и застыла около него статуей, задумчиво кусая губы.
– Чего-то не хватает… Точно! Золотых пуговиц!
– Если хоть одна из них потеряется, то я очень расстроюсь, - честно призналась я.
– Не волнуйся. Они с виду будут только такими. Ещё не хватает маленьких погончиков на плечах и золотой вышивки ближе к обшлагам, которые стоит сделать под цвет блузы и юбки. Иначе пусто смотрится.
Несколькими молниеносными движениями Вероника нарисовала недостающие детали одежды. Потом критическим взглядом посмотрела на меня и удлинила жабо, одновременно сделав более открытую грудь на жакете.
– Вот теперь что-то вырисовывается, - задумчиво прошептала она.
– Ага… - в таком же тоне ответила я.
– Анна, не спугни настроение. Забирай платье и пока про меня забудь. Я сама о себе напомню, когда доведу до ума этот наряд.
– И сколько он будет стоить?
– Я ещё не уверена, что захочу его продать. Посмотрим. Всего хорошего.
В сопровождении девушки-служанки я покинула выпавшую из реальности Веронику. В экипаже направилась домой, бережно держа на коленях свою шикарную обновку, заботливо упакованную в холщовый чехол. А под мышкой шкатулку с украшениями от Ванессы Грема.
Не успела всё это великолепие разместить в своей комнате, как в неё ворвался взбешённый Марко.
– Анна! Прошу немедленно пройти в мой кабинет, - явно сдерживаясь, чтобы не начать орать, сквозь зубы процедил он.
Ни здрасьте тебе, ни вежливого стука в дверь. Какая муха его укусила? Неужели ещё какие-то делишки прошлой Анны вскрылись?
Вздохнув, отправилась следом за разозлённым чем-то мужем.
– А я ведь почти поверил тебе!
– прорычал Марко, как только я плотно закрыла за собой дверь.
– Дурак! Как есть дурак! Я всего-то отсутствовал в городе несколько дней, и что узнаю?!
– Что?- высоко подняв брови, поинтересовалась я как можно более спокойным голосом.
– За это время ты умудрилась влезть в какие-то тёмные дела с воровством! И задурила головы уважаемым женщинам!
– Никому я ничего не дурила.
– Не лги! Весь Борено судачит, что у жены Ищейки есть какой-то Дар! Словно у Истинной аристократки! И, мол, тем даром ты чувствуешь драгоценности, напуская колдовской туман, который одурманивает воров и заставляет их нести тебе украденное! А кто не несёт, на тех науськиваешь четырёх злобных демониц! Я не знаю, как ты умудрилась всё устроить, но это грязная игра! Лучше бы пила по притонам, чем так обманывать приличных людей, прикрываясь моим именем!
Опаньки… Слухи поползли по городу, искажая недавние события до неузнаваемости. Хотя, чему я удивляюсь, имея в подругах женщину, у которой язык без костей? Ну, Ванесса! Ну «удружила»!
24.
Сейчас передо мной стоит серьёзная дилемма: обороняться или наступать. В первом случае всё будет выглядеть так, словно я виновата и оправдываюсь, а во втором может привести к разрастанию скандала. Ни то ни другое мне не надо. Значит… Устраиваем цирк. И клоуном в нём буду не я.
– Марко, - с улыбочкой заявила расстроенному мужчине и села на стул, закинув ногу на ногу.
– И чего ты так разозлился? Помнится, раньше не сильно нервничал по поводу того, что меня чуть ли не к ведьмам приписывали.