Через три часа там же и те же.

Если готы рассчитывали напоить Юрия, то они просчитались. Человека, привыкшего к напитку, прошедшему огонь, воду и медные трубы, а необходимость умеренности пития постигавшего собственной головой, напоить вином, к тому же разбавленным по греческому обычаю водой, дело сложное, если не сказать невозможное. После второго стакана Юрий перестал портить и без того не очень качественное вино водой. Готские лидеры последовали его примеру, и очень скоро разговор перетёк на две животрепещущие темы для всякого мужчины (футбол ещё не изобрели): политику и баб.

– Мы вымираем, - вещал вождь готов на ухо Юрию.
– Еще при моём деде ополчение составляло десять тысяч воинов, а дружина две тысячи конницы, причем шесть сотен из них была тяжёлой, а сейчас ополчения около трех тысяч. Многие молодые воины уезжают в Византию в поисках славы и денег, а возвращаются единицы.

– Так введите многоженство и запретите воинам уходить в наёмники, пока у них не появились наследники мужского пола, а лучше два, -предложил очевидные, на его взгляд, вещи Юрий. Ну, и знак придумайте для тех, у кого есть наследники, например, янтарную серьгу в ухо или ещё что, - продолжал он фонтанировать идеями.

– Запрет? Запрет - это хорошо, а вот насчёт многожёнства я не уверен, тут одна всю плешь проела, а если их будет две или три? – резонно заметил Оллрик.

– Так я не говорю обязательно, а просто допускаю такую возможность, а чтобы бабы вас не сжили со свету, дать им возможность согласовывать кандидатуры младших жён, да мало ли что можно придумать - были бы желание и воля.

– Хм, за эту идею надо выпить, – произнес епископ готский, разливая вино по кубкам.

– Идея богатая, ведь если подумать, то нигде в Новом Завете нет ни одной заповеди, утверждающей, что брак должен быть моногамным, так же как нет ни одной ясной заповеди, запрещающей многоженство. Лет двести тому назад франкский король Карл Великий объявил многожёнство дозволенным, показав это на собственном примере, взяв шесть или, даже, девять жён. Царь Соломон имел 700 жён и 300 наложниц, да и многие христианские святые были многоженцами.

– Наверное, поэтому и стали святыми, - не сдержался Юрий, вызвав улыбку мужчин.

– Да и соседи у нас тетерь многоженцы, можно с ними перетереть, тем более при совместном патрулировании торговых путей оно вроде неплохо, - продолжал думать в интересующем его направлении вождь.

В это время отошедший куда-то священник вернулся с толстенной книгой.

– Вот, - потряс он этой книгой.

Юрий даже испугался, что его этой книгой, как дубинкой, огреют.

– Святой Августин также не видел в этом явлении ничего, что могло бы считаться безнравственным или греховным. Он писал…

С этими словами отец Никита открыл книгу, очевидно, в месте закладки и прочитал медленно, водя пальцем по книге: «…оно считалось разрешенным среди древних отцов: сказать законно ли это теперь, я не тороплюсь. Ведь теперь нет той же потребности рождения детей, какая была тогда. Раньше, несмотря на то, что жёны рожали детей, позволялось жениться на других женщинах, чтобы получить более многочисленное потомство, но теперь это, конечно, не требуется».

Отец Никита на последней фразе захлопнул книгу и привычно огладил бороду.

– Надо подумать, - подвёл черту под обсуждением за чарко й вина епископ готов, может потому, что он почувствовал, что он уже готов.

Юрий был рад, что посиделки закончились. Не сказать, что его сильно напрягло количество алкоголя, но одни и те же речи по третьему кругу его начали утомлять.

– Князь, оставайся ночевать, не гоже из гостей в ночь уезжать. Заодно к утру мы тебе эту плесень насобираем, её в ближайших пещерах богато.

Юрий не стал отказываться и принял предложение хозяев.

Юрию отвели целый терем, стоявший наособицу на княжеском подворье, охранная сотня быстро взяла его под свой контроль, традиционно разделившись на четыре части.

После осмотра усадьбы Юрию отвели небольшую светлицу с широкими полатями, застеленными пуховыми перинами.

По сложившейся привычке Юрий перед сном отправился на тренировку, если утром он занимался ОФП, то вечером оттачивал своё искусство владения мечом, несмотря на то, что его пестун всё время ворчал, смотря на тренировку подопечного. Но Юрий был уверен, что ему есть, чем гордиться. За время поподанства он поднялся от новика до уровня опытного гридня и не собирался на этом останавливаться, двуручный меч с точки зрения боевой практики, оружие сложное в обращении. И дело тут не столько в весе этого оружия - не настолько он тяжел, чтобы им не мог махать сильный мужчина, сколько в специфике его поведения при столкновении с целью.

Это не то оружие, которое можно дать вчерашнему крестьянину, пинком выгнав его в бой. Большинство людей на интуитивном уровне способны управиться с топором и дюссаком, т.е. легким и коротким клинком типа мачете. Там хватит скорости, агрессии и боевого напора. Но длинные мечи не таковы. В руках необученного человека полуторный или двуручный меч скорее погубит его, чем спасет. Двуручный меч имеет один важный недостаток: он длинный и инерционный. Ты беззащитен в тот момент, когда прокручиваешь меч, завершая удар. И ты будешь вдвойне беззащитен, если каким-то чудом противник сможет отбить твое оружие щитом или более легким клинком, например, используя принцип "слива".